Для людей с СД1 жизненно необходим инсулин. Чтобы получить его, пациенты теперь должны пла­тить страховые взносы, но трудоустроиться им сложно, государство закрыло для них целые сферы профессиональной деятельности. Фото из архива газе­ты «Диапазон» 

Обращаюсь к вам от лица тысяч казахстан­цев, живущих с сахар­ным диабетом 1 типа (СД1), их семей и тех, кто каждый день борется за их жизнь и здоровье.

Министерство здра­воохранения перевело большую часть хрони­ческих заболеваний из пакета гарантирован­ного объема бесплатной медицинской помощи (ГОБМП) в систему обя­зательного социального медицинского страхова­ния (ОСМС). В результа­те сахарный диабет ис­ключен из перечня со­циально значимых за­болеваний. 

За последние недели представители Мин­здрава неоднократно и публично заявляли, что перевод пациентов с диабетом, особенно с СД1, в систему ОСМС никак не повлияет на их обеспечение, поскольку все они якобы входят в льготные категории. Но это не так. 

С 2021 года, после вне­сения изменений в Пра­вила проведения меди­ко-социальной экспер­тизы, условия установ­ления инвалидности для людей с СД1 были изменены. Министерс­тво труда фактически объединило СД1 и СД2 в одну группу несмот­ря на то, что это два раз­ных заболевания. Для людей с СД1 жизнен­но необходим инсулин, без него они погибнут. Теперь же, чтобы полу­чить этот инсулин, па­циенты должны опла­чивать страховые взносы, причём государство обеспечивает их лекарс­твами не по медицинс­ким показаниям, а по принципу «бери то, что закупили чиновники». 

Казалось бы, ничего страшного, идите ра­ботать и платите взно­сы. Но государство сво­ими же ведомственны­ми приказами закрыло для людей с СД1 целые сферы профессиональ­ной деятельности: весь силовой блок, правоох­ранительные и специ­альные органы, проку­ратуру и судебную систему, промышленные производства, транс­порт, профессиональ­ный спорт и даже балет. Получается, для трудо­устройства эти ограни­чения достаточно весо­мы, а вот для получения инвалидности после 18 лет эти же ограничения уже не считаются осно­ванием. 

В результате люди, ко­торых с трудом берут на работу, вынуждены пла­тить за право жить. 

За последние годы я писал письма и в Мин­здрав, и в Минтруда, организовывал встречи и совещания. Лишь од­нажды удалось собрать представителей двух ве­домств за одним столом, но пообещав создать ра­бочую группу, которая решит вопрос, они ис­чезли. 

Я занимаюсь вопроса­ми диабета более 10 лет. Трое моих детей живут с СД1. За годы работы у ме­ня появились помощни­ки во всех регионах стра­ны, многие из них также живут с СД1. Но слишком многих из них уже нет в живых. Смертность сре­ди людей с СД1 старше 25 лет в разы выше, чем в общей популяции. 

Прошу вас вмешать­ся в ситуацию и помочь решить этот вопрос, ко­торый находится в зо­не межведомственно­го взаимодействия, но на деле оказался нико­му не нужным. Пока ве­домства перекладыва­ют ответственность, лю­ди умирают. 

Прошу установить для людей с СД1 стар­ше 18 лет такие же ус­ловия получения инва­лидности, как и для де­тей с СД1. Это всего чуть более 30 тысяч человек на всю страну, но каж­дый из них имеет такое же право на жизнь, как и любой другой гражда­нин Казахстана.

- Руслан ЗАКИЕВ, директор Общественного Фонда «Диа­бетический родительский ко­митет»