Елена,

водительница:

« Никогда не думала, что у нас такое может случиться. Эти люди на свой народ напали, на своих. Власти, конечно, отвечают за то, что происходит. Рано убрали блокпосты, сняли красный уровень тревоги. Страх еще остался, сейчас все еще обсуждают тему терактов».

Данияр:

« Нужно молодежи больше предоставлять работу, обеспечивать занятость. А то получается, что работы нет, заняться нечем, более слабые молодые люди подвергаются психологической обработке. Социальная обстановка имеет большое значение для спокойствия в стране».

Рита:

« Силовики должны работать. Надо систему полностью менять. Контроль у нас слабый был и опыта такого не было. До этого теракты видели лишь по телевизору, а теперь такое в нашем дворе происходит. Реформы нужны во власти, в силовых органах, пусть депутаты работают».

Андрей,

строитель:

« Надо прислушиваться друг к другу, быть бережливее с близкими. Эти люди, возможно, в чем-то недополучили внимания, их не слушали. Если будем внимательнее друг к другу, таких вещей, как теракты, не должно происходить».

Жасулан,

студент:

« Участниками событий этих были сторонники радикальных течений. Народ давно говорит, что надо запретить все эти нетрадиционные движения. Мы им дали много свободы. Вычислять их и ставить на контроль. А сейчас мы не знаем, сколько их на самом деле, кто ими управляет».

нефтяник:

« Накануне всех этих событий я был на вахте. Я думаю, что спецслужбам надо быстрее работать, на опережение. Но в то же время спецслужбы после терактов прилетели быстро, сработали хорошо, но я бы даже сказал мягковато. Пожестче и посильнее надо быть с ваххабитами, мочить их и все».

Олег:

« Нужно навести порядок в религиозной сфере. После развала Союза мечетей не было в Казахстане. Поэтому всех отправили учиться в Иран, в Ирак, 15 групп таких было. Вот и научили их там. Я не удивлен, что так произошло, к этому все шло у нас, и что будет дальше неизвестно».

домохозяйка:

« Если такое происходит, народ должен знать, скрывать нельзя ни в коем случае. Мы дома сидели, не знали, что творится, зато в других городах, за границей все знали. Молодежи мозги забили. Они и не думали, наверное, что так все кончится. Почему-то в Актобе такое только творится».

« Позвонила в полицию, сказала, что дебош в соседнем подъезде. Потом с меня требовали объяснительную, разбирались не с теми, кто дебоширил, а со мной. После такого и не хочется лезть в это. Полиция должна повернуться лицом к народу, иногда бабушки тревожат и по делу».

Наталья,

сфера услуг:

« Надо было это все пресекать заранее, выслеживать. У нас непонятно, кто живет на съемных квартирах, заселяется один человек, а живут 20. Конечно, мы боимся, у нас дети растут, внуки. Теперь идешь по улице и оглядываешься, ко всем с подозрением относишься».

Татьяна,

студентка:

« Я не боюсь гулять по городу, страха нет. Боялась только в первые дни после терактов. Меня устраивает, как сработали наши полицейские. Но хочется больше чувствовать себя защищенной, чтобы полицейских было больше, работали на профилактику, а не с последствиями».

сотрудник госпредприятия:

« Нужно больше работы дать молодежи, увеличить нужно количество патрулей, активнее должны быть религиозные объединения, теологи. Люди должны отличать традиционный ислам от радикальных течений. Мы гордились, что в нашей стране все спокойно, будто сглазили нас».

Светлана,

медработник:

« Наш маленький город всегда был защищенный, спокойный, но после 5 июня словно оголился. Но уезжать отсюда, бросать все – это не выход, теракты могут быть везде. Просто начеку должны быть все: от простого люда до самого высокого чиновника».

дизайнер:

« Нужно этим людям из сект дать понять, что они здесь лишние. Нужно убрать все эти бородки, покрывала черные. А у нас все равно кто в чем ходит. Вот и получилось такое: кровь и жертвы. Очень страшно, конечно, и возможно сейчас это временное затишье, готовятся к чему-то».

Полина,

сотрудник ломбарда:

« Тревожные настроения остались после 5 июня. Слухи по городу разные ходят, даже даты называют, когда теракты могут повториться. Страх есть и за себя, и за детей. Но не зря же полиция работает. Хочется надеяться, что все будет в порядке, что нас защитят».

пенсионерка:

« Я живу около «Паллады». Выстрелы слышали, как люди бегут видели. Что мы испытали в те моменты, словами не передать. Но сейчас вроде все спокойно. У меня дочь в Америке живет, я там тоже жила 7 месяцев. Но решила вернуться в Казахстан». Дочь теперь ругает, хотя там тоже неспокойно».