У простого водителя автопарка на счету обнаружили 50 миллионов тенге. Исследования автобусных маршрутов, которое эксперты из Алматы сделали за 30 миллионов, даже не стали использовать. Продолжается суд по делу хозяина автопарка Мейржана Ундиргенова.

Допросили уже больше 40 свидетелей. Адвокаты и прокуроры пытаются выяснить, за что же конкретно перечисляли автопарку субсидии на сумму в 4,5 миллиарда тенге и кто из чиновников отвечал за обоснованность расчетов. Допрашивали и эксперта Алматинского НИИ транспорта и коммуникаций, которые за 30 миллионов бюджетных тенге проводили исследование по оптимизации городских маршрутов. Говоря простым языком, эксперты должны были выявить дублирующие маршруты. По результатам работы НИИ нашли 5 таких маршрутов, однако к их рекомендациям не прибегли и вновь объявили тендер на эти же маршруты.

– Тогда почему платили за исследования 30 миллионов, за что, если их рекомендациям не последовали? – возмущался подсудимый Ундиргенов.

Кроме того, адвокаты утверждают, что эксперты ошиблись в расчетах на 198 миллионов тенге, приписав их излишне к прибыли автопарка.

Много вопросов у адвокатов и прокуроров было к комиссии при ЖКХ, на которой обсуждались социально значимые и социально убыточные маршруты. В комиссию входили представители ЖКХ, департамента госдоходов, других гос­органов. На суд вызывали членов этой комиссии, среди них был замакима Актобе Нагымжан Алдияров. На тот момент он был руководителем ЖКХ. Не все члены комиссии на суде вспомнили даты заседаний, какие документы им предоставлялись. У них выясняли, как проверялась обоснованность расчетов, предоставляемых автопарком, на основании которых выплачивались субсидии.

– За достоверность расчетов отвечали представители автопарка, директор и бухгалтер. У меня не было полномочий назначать аудиторскую проверку, это решала комиссия, – говорил в суде Алдияров.

Замруководителя управления госдоходов города Актобе Тлеукабул Аппасов рассказал в суде, что узнал о том, что является членом комиссии по социально значимым маршрутам, только когда пришел в акимат.

– Кто меня включил в комиссию, я не знаю. Я понял, что председателем комиссии был Ербол Калдыгулов, – рассказал в суде свидетель, – с другими членами комиссии меня не знакомили, из каких госорганов они, я не знал. Говорили о социально значимых маршрутах. Я спрашивал, почему не проводили хронометражные исследования. Мне председатель ответил, что это исследовала алматинская фирма, документы мне не показывали.

Суд пытается выяснить, формальная ли это была комиссия, просто руки поднимали, или на самом деле ее члены что-то решали.

У членов комиссии интересовались, вносили ли они свои предложения о проверке обоснованности размеров субсидий. Они отвечали, что решение принимали комиссионо.

– Вот эта вся комиссионность приводит к безответственности каждого, – не выдержал судья Молдагалиев.

Сотрудники НИИ транспорта и коммуникаций изучали грузопоток пассажиров на общественном транспорте. Подсудимый Ербол Адилов интересовался у специалиста ЖКХ, проводили ли они сверку вечером с выручкой, сдаваемой «масломером». Ему ответили, что сверки не было.

На суде также допросили водителя автопарка. По данным следствия, на его сберегательной книжке оказалось 50 миллионов тенге, тогда как его зар­плата 70 тысяч тенге в месяц. Сам свидетель рассказал в суде, что счет на его имя в банке «Евразийский» открыла кассир Айсагалиева, сказала, что по работе нужно. Позже он выписал доверенность, к деньгам, лежащим на счету, отношения не имел.

– Это дезинформация. На счету было 500 тысяч. 50 миллионово приписали финполовцы, – говорил в суде Ундиргенов.

Скандалом едва не закончился допрос свидетеля Нурхана Ергалиева. Он одно время занимал должность руководителя ЖКХ. Свидетель показал в суде, что все переговоры с ним о субсидиях вел Ербол Адилов, привозил документы с подписью директора автопарка Бурамбаева, даже якобы угрожал, когда субсидии вовремя не перечислялись. Сам Ербол Адилов уверяет, что с ним не встречался, документы не передавал, тем более не угрожал. Адвокаты подсудимых бурно отреагировали на показания этого свидетеля. Оказалось, что на допросе в ходе досудебного следствия об Адилове он не говорил ни слова, заговорил о нем только в суде.

– Я хочу сделать заявление. Я понимаю, что процесс открытый, любые граждане могут присутствовать на нем, фиксировать все. Но не до такой же степени. Идет фильтрация свидетелей вместе с господами обвинителями, они дают команду оперативникам кого привести. Прошу этот произвол прекратить. В показаниях этого свидетеля в ходе досудебного следствия Адилов не фигурировал, о нем заговорил только сейчас. Мы прекрасно знаем, почему нужен Адилов. Этот свидетель пришел уже отфильтрованный, – возмутился адвокат Адилова Валерий Якубенко.

– В адрес обвинителей прозвучали необоснованные обвинения в том, что якобы что-то там подготавливали. Я прошу такие заявления либо какими-то подтверждающими документами подтверждать, либо пресекать, – парировала гособвинитель Амангуль Жумагалиева.

Судья Молдагалиев с трудом прекратил дискуссию между двумя сторонами. Судебные разбирательства в суде идут с 9 утра до 18:30.