На фото: Мугалжарская районная больница. В родильное отделение попадают женщины из соседних районов, пассажирки поездов. Здесь для новорожденных есть дыхательные аппараты, современные кювезы, работает неанотолог. Новорожденных выхаживают сами, но при серьезных патологиях вызывают санавиацию, направляют детей в Актобе. || Фото автора

«Д» побывал с санавиацией в Мугалжарском районе и узнал, зачем в аулах, если кто-то заболел, жгут на снегу костры, каких больных возят в багажном отделении поезда и почему в Кандыагаше мужчин не пускают на роды.

Из роддома на самолёте

Суббота. Утро. Город еще спит. Мы с заведующей сан­авиацией Зинаидой Бисенбаевой и фельдшером Канатом Джандаевым загружаем чемоданчики и аппараты в реанимобиль, направляемся в Кандыагаш. В райбольнице в тяжелом состоянии двое новорожденных. Врачи подозревают у них ишемию мозга. В чемоданчиках препараты для оказания помощи, в машине полно приборов.

– За 5 лет мы выезжали в районы 250 раз, – говорит врач. – На самолетах летаем с 2011 года. В первый год у нас было 12 вылетов, в этом году уже 83. В основном мы вылетаем на сложные случаи с новорожденными, беременными и роженицами. Иногда им не могут помочь даже в областном центре, приходится отправлять в Астану, вызывать самолет оттуда. Часто выезжаем на ДТП.

– Я начинала работать в 70-е в роддоме, – вспоминает Зинаида Бисенбаева. – Такого оборудования, как сейчас, тогда не было. Шприцы кипятили. Сами на заказ делали столы для новорожденных: сверху стекло, снизу 10-12 лампочек, чтобы было тепло. Шлемы для уменьшения отека мозга делали из использованных систем.

– Но раньше и пороков не было, как сейчас…

– Редко, но были случаи рождения детей с заячьей губой, еще реже с волчьей пастью. Сейчас пороков очень много: развития сердца, желудочно-кишечного тракта, костной системы. Появились новые заболевания. Как-то меня вызвали в Байганинский район. В семье после 2 девочек родился мальчик. Родные на радостях барана зарезали, гостей позвали, а у ребенка после выписки резко ухудшилось состояние. Он не ходил в туалет. Оказалось, у него атрезия ануса. Его просто нет. В областной больнице у ребенка обнаружили еще другие пороки, он умер. Но большую часть детей удается спасти. Мы привозим их в областную, городскую детские больницы, перинатальный центр, там очень хорошее оснащение и кадры.

Костёр на снегу

Как рассказывают медики, работать им приходится в самых разных условиях. Актюбинская сан­авиация летает к больным не только нашей области, еще в Миялы – райцентр Атырауской области. Там в распоряжении врачей только вертолет, а он на дальние расстояния не летает.

– В этом году мы летали туда 2 раза, – рассказывает Зинаида Бисенбаева. – Первый раз к женщине, у которой после кесарева сечения разошлись швы. Ее снова повезли в Атырау, оперировали, а ребенка попросили забрать. Родители его забрали, на станции Сагиз пересели в такси, попали в аварию, ребенок вылетел через окно. Младенца нашли в траве в 15 метрах от машины, у него был перелом черепа. Мы забрали его в областную детскую больницу. Здесь ему удалили гематому, ребенок выжил. Мама забрала его через 2 месяца. Еще через 5 мы полетели в Миялы снова. Мама этого ребенка прибежала в больницу по­благодарить нас. Больше у нее не может быть детей, спасенный ребенок единственный.

Самая сложная дорога, признаются медики, в Шалкар. Если погода нелетная, 6-7 часов приходится ехать на машине. Доставить больных – еще одна проблема.

– Месяца полтора назад там в ДТП попал полицейский, у него были сложные переломы. Самолет в Шалкар вылететь не смог, – рассказывают медики. – Пострадавшего в Актобе везли в багажном отделении поезда. Занести носилки с ним в пассажирский было невозможно. Здесь нас встретил реанимобиль. Мужчину доставили в БСМП, оперировали, сейчас с ним все нормально.

Зимой, даже на самолете, свои сложности. Степь, кругом снег. Аулы похожи один на другой, летчики не знают, где приземлиться. Для ориентира местные врачи жгут на снегу шины.

Мама Чоли

– Летчики компании «Аэро» работают уже как парамедики. Помогают выгрузиться, поднять больного, таскают нашу аппаратуру, – говорит Зинаида Бисенбаева. – Иногда мы из самолета выйти не можем, по пояс снег, больного к нам везут на санях.

…Через 2 часа реанимобиль приезжает в Кандыагаш. У дверей ЦРБ нас встречает зав. родильным отделением Жибек Асанова.

– Наша мама Чоли приехала, – обнимает она Зинаиду Бисенбаеву. – Мы ее как Бога ждем, – говорит она мне, пока врач переодевается. – Как только ребенок с патологией, звоним в санавиацию. Ни один ребенок у нас не умер.

– Оперативные роды, у мамы сахарный диабет, анемия тяжелой степени, внутричерепная гипертензия, плод 4 060, родился утром, – докладывает врач. – Второй родился вчера, ишемия мозга, оба ребенка под аппаратом.

– Бывают преждевременные роды, ДТП, происшествия, у нас еще узловая станция, иногда больных и рожениц с поезда снимают, везут к нам. За год у нас более 1 000 родов, – говорит Жибек Асанова. – Сейчас в отделении 12 женщин. Партнерские роды тоже внедрили, но в основном женщины рожают со свекровями. С мужем только одна рожала, но ему плохо стало, теперь мы мужчин на роды не пускаем.

– Детей оставляем, – говорит, осмотрев новорожденных, врач санавиации. – Дня 3-4 держите под аппаратом, кормите через зонд. Из Темира, Байганина я бы забрала детей, отсюда – нет. У вас есть и оборудование, и врачи, детей сможете выходить сами.

Реанимобиль мчит обратно в город. Не успеваем доехать, снова звонок. Нужна консультация больному из другого района. Работа продолжается. В новогоднюю ночь медики санавиации тоже будут на посту.