Об этой странице в его биографии не все знают даже близкие. Что делали советские военные в Южной Африке долгое время было засекречено. С 1975 года СССР помогал африканским странам бороться за независимость против УНИТА. «Не все даже в группе советских посланников знали мое имя и звание», – вспоминает Кажмукан Сатенов.

Только через много лет после распада Советского Союза в стране рассекретили тайны тех боевых операций. Целью их было сделать из Анголы центр социализма на черном континенте. С 1975 по 1991 год через Анголу прошли более 10 тысяч советских военных, десятки людей погибли. НТВ снимает фильмы о событиях тех лет. Один из героев наш земляк. 

«Поедете в лес готовить партизан»

– Юг Африки в те годы находился под оккупацией Англии, ЮАР, Франции и Португалии. Самой последней из африканских стран независимость получила Намибия. Африканцам помогали мы, советские военные советники, – рассказывает Каж­мукан Сатенов. – С 70-х годов СССР активно помогал СВАПО – народной организации Юго-Западной Африки. Оказывал военную, медицинскую и другую помощь. Я был советником при регулярных бригадах СВАПО. Ее штаб располагался на юге Анголы, в Лубанго. Но когда меня направляли, я даже не знал, куда я еду. Меня вызвали в Москву и сообщили, что направляют в Алжир преподавать в военной академии. Я тогда служил в Душанбе, занимался выводом войск из Афганистана. Уехать преподавать было похоже на побег из горячей точки, и я отказался. Мне тогда сказали: «Хочешь воевать? Будешь. Страна тоже на букву А». 

10 дней нас готовили и отправили в Африку. Сообщили, что мой позывной Николай, и что я мистер Сатенов, специалист по добыче и разведке нефти. Из аэропорта в тонированных автобусах нас вывез военный атташе. Уже на месте нам дали военную форму, но без погон. Ни званий, ни фамилий наших никто не знал. Перед отъездом я успел позвонить матери в Хобду и проститься с ней. 

Мы сдали партбилеты в Кремль и вылетели в Луанду. Я был старшим группы. Из Луанды меня переправили в Лубанго, я стал командиром бригады. В лесу, в 20 км от города готовил патриотов Намибии для ведения партизанской войны.  

В 75-м Ангола получила независимость, но в стране произошел раскол. Соратник президента создал оппозиционную группировку, она захватила большую часть Анголы. Правительственным войскам помогала Куба, и УНИТА удалось отбросить. Я с кубинцами вел боевые действия против УНИТА. Со мной были 10 наших офицеров, каждый занимался подготовкой по своей части. Я обучал тактике. В общении со слушателями нам помогали военные переводчики, каждый владел двумя языками: английским и португальским. Я в Африке научился племенному языку местных воинов. Они внимательно слушали мои лекции, потому что я вставлял понятные им слова. 

Пули пробили вертолет, мы едва не погибли

Подготовленных партизан мы засылали в Намибию, там они вели диверсионные операции. Чем все закончилось, узнавали в «Красной Звезде», где публиковали хронику военных действий.  

Соль меняли на яйца, манго и бананы 

Вторая наша бригада стояла на севере Анголы и дер­жала оборону на границе: партизаны, которых преследовали в Набимии, сбегали в Анголу, при этом нарушались границы. Три месяца я был на оккупированной территории. Там поселков нет, в лесу хижины. К нам поступала информация, где укрывается банда УНИТА, мы воевали против них. Дороги все были заминированы, мы передвигались на вертолете. Партизаны десантировались на территории, захваченной УНИТА.  

Мой вертолет подбили при первом же полете. В него попало 12 пуль, одна в топливный насос, мы чудом остались живы.

Конечно, сложно было. Ночью я добирался до постели и падал. Через полгода я весил 48 кг вместо 90. Еду мы добывали сами. Воду пить было нельзя: она могла быть отравленной, жажду утоляли ананасами, а он сжигает жиры. В Луанде была нищета, у людей цинга. Я давал охране горсть соли, у местных ее обменивали на 40-50 яиц, 4 мешка манго и бананов, кофе. Кормили солдат мамалыгой на воде, к ней давали 2 куска кукурузного хлеба и больше ничего. Американские советники, которые действовали против нас, за операцию получали по 5 тысяч долларов, мы в месяц проводили 3-4 операции, нам платили оклад 2,5 тысячи чеков, оттуда еще удерживали за питание. Чеки перечисляли на счет, денег мы не видели.

Вне зоны боевых действий, в Лубанго, раз в месяц приезжал корабль «Совиспан», привозил продукты. Мы заказывали мясо, конфеты, чай. В Москве удерживали за них деньги.

Жён офицеров тоже готовили воевать

Через полгода я вызвал супругу. Не всем, но некоторым руководителям это разрешали. Было очень тяжело. Ни сна, ни питания, одна война. Семьи военных жили в 5-этажке, рядом стояли 4 вышки с пулеметами. Жена знала, куда едет. Я писал домой. Письма шли в Москву, оттуда секретной почтой их пересылали домой. Когда супруга прилетела, на тот же самолет грузили груз 200. Конечно, она испугалась, но жены военных ко всему должны быть готовы. 

Каждый день мы вооруженные уходили, а жены оставались дома, за территорию выходить им было нельзя. Им тоже пришлось учиться стрелять и метать гранаты: были нападения, их готовили оказать сопротивление. Я с собой носил автомат, два пистолета и боеприпасы. Жена боялась к ним подходить. Я говорил: скоро и тебе придется стрелять. Так и получилось. Дочери-школьницы в это время были у матери в Хобде. После года службы нас отправили домой.

– Как вы стали военным?  

– Это была мечта с детства. В Суворовское училище бабушка не отпустила. После школы я твердо решил поступать в военное училище в Ташкенте. Желание было настолько сильным, что на экзамене по физподготовке, чтобы добежать первым, я на ходу скинул кеды и бежал босиком. Кросс – 3 километра, а беговая дорожка в мелком керамзите, бежать было трудно. К финишу я прибежал первым и упал. Только тогда увидел, что ступни у меня в крови, кожа содрана. Все экзамены я сдал хорошо. Итоговый принимала комиссия. Когда зачитали мои оценки, председатель – я тогда первый раз в жизни увидел генерала – даже ничего спрашивать не стал. Глянул на меня и говорит: 

– Это ты ноги содрал, чтобы первым прибежать? Принимаем. Из тебя получится настоящий офицер. 

Из училища я вышел общевойсковым командиром, стал разведчиком. Служил в Германии, на Дальнем Востоке, в Душанбе. Окончил военную академию в Москве. Последние годы служил в Актобе, был военкомом. Очень хотелось пожить на родине, помочь матери. В семье нас было 8 детей, отец рано ушел, и мама поднимала всех одна. Сейчас я на пенсии, руковожу организацией ветеранов Вооруженных сил. Жизнь у меня была насыщенной, есть чем поделиться с молодыми. 

1987 год. Ангола, Андуло. К Сатенову сразу приставили охрану, она его сопровождала везде.  

Наш советник с первым президентом Намибии Сэмом Нуйома. СССР помогал его стране получить независимость. 

В Африке была цинга. Горсть соли местные жители меняли на мешки с бананами, манго, яйца и ананасы.