Расстрел в целях отражения
Факты, опубликованные \"Литером\" в августе прошлого года, нашли подтверждение в военном суде
Капитан пограничного катера \"Астана\" Руслан Шуршенов военным судом Актауского гарнизона приговорен к шести годам лишения свободы за расстрел рыбаков на Каспии. Генеральная прокуратура РК сообщает, что подсудимый Шуршенов признан виновным в том, что отдал пограничному наряду незаконный приказ об открытии огня по гражданскому судну. Его действия квалифицированы статьей 380 часть вторая Уголовного кодекса РК. Данная статья предусматривает наказание от 3 до 10 лет.

По данным Генеральной прокуратуры, вина капитана третьего ранга доказана. Но родственники моряка-пограничника считают, что расследование проводилось однобоко, на эмоциях и \"не согласно букве закона\". В прошлую пятницу товарищи и родители офицера Руслана Шуршенова выступили с открытым обращением к президенту страны и общественности, в котором они просят разобраться в инциденте на Каспии, повлекшем смерть двоих рыбаков. Судя по прозвучавшим акцентам на пресс-конференции, разобраться – это, видимо, освободить от наказания.
– Если его судят как офицера, охранявшего границы государства, тогда зачем их вообще охранять? На границе офицеры будут бояться применять меры против нарушителей, потому что устроен \"показательный\" пример с моим сыном, – заявил журналистам отец осужденного, военный пенсионер Бактыбай Шуршенов.
Кроме того, он напомнил, что у Руслана на иждивении жена и двое детей, младшему из которых всего два месяца.
Безусловно, этот инцидент – трагедия для многих людей. Если приговор останется в силе, семье Шуршенова не позавидуешь. Но не меньше горя пришлось испытать родным и близким Кайрата Садыкова (1976 г.р.) и Аскара Танатарова (1986 г.р.). Их семьи осиротели навсегда, а не на шесть лет.
Напомним, год назад в материале \"За границей дозволенного\" мы, со ссылкой на слова выжившего свидетеля Бектлеу Маутова, сообщали, что 14 августа примерно в 4 утра пограничное судно ПКР-301 \"Астана\" с близкого расстояния открыло прицельный огонь по ведущей промысел байде из автоматического оружия. Рыбаки попытались спастись бегством, но пограничники, не прекращая огня, преследовали их 10–15 километров. После \"морского боя\" в гражданской лодке было обнаружено около 20 пулевых пробоин. Итог операции – двое погибших. То есть Шуршенова судили не за \"охрану границы\", а за конкретные действия должностного лица, приведшие к тяжким последствиям.
После этой публикации редакция газеты получила официальное письмо за номером 15/14-4846, подписанное заместителем директора Пограничной службы А. Абылкановым. В нем помимо предложения воздержаться на страницах издания от оценок события до суда, что мы выполнили, содержалась официальная версия происшествия. Пограничное командование утверждало, что рыбаки сами напали на катер, обстреляв его из неустановленного оружия. Поэтому \"Астана\" была вынуждена начать его преследование и расстрел \"в целях отражения вооруженного сопротивления\". Формулировка, конечно, очень сильная. Но больше всего в тексте письма насторожил тот факт, что морские пограничники ничего не сообщили своему командованию о нападении на катер. Почему? А если это были иноземные захватчики, а родина спит в 4 утра? Что за преступная беспечность?
О перестрелке или расстреле в Актау (место дислокации штаба регионального управления ПС) узнали не в 4.00, не в 5.00, а только в 11.00, когда на берег были доставлены тела погибших жителей села Жанбай, которое находится в Исатайском районае Атырауской области. Такой была прошлогодняя версия господина Абылканова.
Здесь следует отметить, что больше ни в одном открытом источнике информации (в том числе и в официальных сообщениях Генеральной прокуратуры) факт наличия у рыбаков огнестрельного оружия не был отражен. До уже упомянутой пресс-конференции в столице, где, как сообщает ИА \"Интерфакс-Казахстан\", адвокат осужденного Бакберген Айтмамбетов настаивал не на расстреле, а на перестрелке, которая якобы завязалась после того, как пограничники выстрелили из ракетницы.
Кроме того, главным аргументом в пользу невиновности Руслана Шуршенова его защитники называют якобы имевший место факт незаконного промысла атырауских рыбаков. По их словам, наличие разрешительных документов на лов рыбы не установлено судом. Однако даже если погибшие действительно были браконьерами, в нашей стране это правонарушение не является \"расстрельным\" преступлением. Поэтому еще в августе прошлого года мы не сомневались, что если расследование будет проведено непредвзято, в этом инциденте, скорее всего, виновными окажутся пограничники. Так как наказание оказалось чрезмерным для преступления, если таковое и совершали Кайрат Садыков и Аскар Танатаров.
Более того, мы обращали внимание на то, что аналогичные инциденты периодически происходят по всему периметру границ. Чаще всего суд устанавливает, что пограничники во время несения службы переходят рамки дозволенного. Это возможно из-за того, что внутренние приказы ведомства, регламентирующие служебную деятельность, могут идти вразрез с требованиями казахстанских и международных законов. Суд над капитаном третьего ранга Шуршеновым только подтверждает наше предположение. Но на его месте при определенных обстоятельствах до сих пор может оказаться любой военнослужащий ПС. Так как, принимая присягу, пограничники берут на себя обязанность выполнять любые приказы и распоряжения командиров и начальников. Даже если они противоречат \"гражданскому\" законодательству.
Есть еще один момент, заслуживающий особой оценки. Как нам сообщили наши источники в военной прокуратуре, в этот раз наказан был человек, который отдавал неправомерный приказ. И хотя табельное оружие всего личного состава того злополучного наряда изымалось на проверку, следствие проявило принципиальность и не стало \"назначать\" в виноватые рядового исполнителя.
Между тем, по словам подполковника Канатбека Кабдыгазизова, консультанта отдела ракетно-артиллерийского вооружения погранслужбы, с Русланом поступили несправедливо, на суде не приняли доводы и доказательства пограничной службы, считают моряки. Однако у законов не может быть доводов пограничных или браконьерских. На то они и законы, чтобы быть обязательными для всех.
В этой связи, наверное, уместно напомнить, как ведут себя экипажи военных кораблей, противодействуя сомалийским пиратам. Там, казалось бы, все проще простого. Увидел судно с вооруженными людьми – бери его на прицел и дави на гашетку. Но даже пиратов, то есть преступников в обычном понимании, при задержании только разоружают и передают властям.

CA News