В суде началось рассмотрение уголовного дела, возбуждённого на частного нотариуса Ольгу Набатову. На скамью подсудимых её привела квартирная сделка, заключённая два года назад.

Летом 2008 года Зухра нашла в газете объявление о продаже квартиры в районе авиагородка, где она снимала жилье. На рынке в тот момент цены на аналогичные квартиры были в пределах $25-30 тысяч. Однако Зухра договорилась купить жилье в авиагородке за $40 тысяч. Она объяснила, что ее устраивала покупка дорогой квартиры. Дом находится в двух шагах от детсада и школы, а Зухра одна воспитывает троих детей. Из $40 тысяч Зухра отдала продавцу $15 тысяч, а $25 нужно было выплатить банку, так как жилье находилось в залоге у «БТА-Ипотека». В соглашении о задатке пишется, что покупатель «будет осуществлять погашение указанного кредита путем ежемесячных платежей либо путем полного досрочного погашения банков­ского займа, но не позднее 16 июля 2011 года». В суде потерпевшая утверждала, что нотариус не разъяснила ей правовые последствия сделки.

– Нотариус  и продавец скрыли, что договора банковского займа рассчитаны до 2027 года, что кредит выдан под 16,8% годовых, – говорит Зухра. – Если бы я знала об этом раньше, никогда не согласилась бы на такую сделку.

Потерпевшая пояснила, что подписывала соглашение о задатке и доверенность, не вникая в их суть и даже «не читая».

– Продавец на словах объяснила, что мне нужно будет гасить платеж перед банком ежемесячно и только три года подряд, и я поверила, – признается Зухра.

В августе 2008 года Зухра узнает, что за квартиру нужно отдавать кредит до 2027 года. Однако она не подает иск в суд с требованием вернуть задаток. Она заключает договор купли-продажи.

– Этот договор был вынужденной мерой, – пояснила пострадавшая в суде.

Защита подсудимой указывает на слова, которые собственноручно написаны Зухрой под соглашением о задатке, доверенностью и договором купли-продажи: «Условия договора понятны и соответствуют моим намерениям. Правовые последствия мне нотариусом разъяснены».

– Банкиры пошли навстречу Зухре, переоформили кредит под низкие проценты, – говорит защита подсудимой. – Согласно кредитному договору, Бахтыбаева получила в кредит 2 миллиона 750 тысяч тенге до 2019 года. Вместе с процентами она теперь заплатит банку уже не 11 миллионов тенге, а только 5 миллионов тенге. Мы считаем, что у Зухры просто возникли финансовые проблемы. Она не может гасить кредит, поэтому появились претензии к нам. Что касается тонкостей кредитных договоров, то их уполномочены разъяснять банков­ские работники. Нотариусы не могут это делать. Нотариус первым делом по­слала Зухру в банк, чтобы там ей дали всю необходимую информацию.

На судебном процессе пострадавшая расширила исковые требования. Она требует выплатить в счет морального вреда 100 миллионов тенге и утверждает, что потеряла по вине нотариуса и продавца квартиры свой бизнес – перепродажу одежды. Процесс продолжается.

Татьяна ТОКАРЬ