"Людей стравили"

– 7-8 августа я был на Иссык-Куле, отдыхал вместе с матерью. Об этих событиях я узнал, как только это появилось на новостных порталах. Для нас это не первый форс-мажор, мы помним 2010 год. Но мы люди стойкие, отец учил нас не сдаваться, поэтому мы сохраняем присутствие духа.

Я убежден, что это была тщательно спланированная провокация, но тщательно спланирована в том плане, чтобы она была безалаберна, что она привела к максимальному количеству жертв, чтобы после этого повесить все на отца.

Для принудительного привода свидетеля они должны были прийти в 5 утра, но когда они прибыли в 8 вечера, здесь было максимальное число гражданских. Мой отец ровно на полчаса выходит на территорию. Это именно тот период, когда сюда приходят женщины и дети. И именно в этот период власти организуют штурм, это полнейший беспредел. Местом для начала штурма они выбрали центральные ворота, это означает, что гражданские, которые убегали, так или иначе столкнулись со спецназом. То есть, все наши сторонники, включая женщин и детей, стали заложниками ситуации.

Представьте себя на месте односельчанина, ваша супруга сказала, что мы пойдем и навестим Атамбаева, а потом он узнает, что был начат штурм именно в это время. Конечно, он пойдет выручать не столько Атамбаева, а своих родственников. Людей стравили.

И количество спецназовцев не превышало 20 человек, именно штурмовой отряд. Но позднее, на второй или третий день, ГКНБ сообщило, что они потеряли более 40 единиц огнестрельного оружия. Количество огнестрельного оружия в два раза превышает количество спецназовцев. Это наталкивает на мысль, что они хотели, чтобы наши сторонники взяли это оружие и воспользовались. Но мой отец сразу же приказал отдать это оружие обратно силовикам.

"Отец блефовал, что будет стрелять"

– Отец говорил, что стрелял только он. Но я убежден, что никаких выстрелов он не производил. Как только я зашел домой, проверил проходы второго и третьего этажа, там я не обнаружил следов крови. Как мы знаем, что спецназовец был ранен в область грудной клетки, и стоило ожидать, что там будут остатки крови.

Далее, мешки [с песком] тоже не повреждены. Ну и чтобы попасть, нужно, чтобы пуля пролетела через два слоя крепко сложенных прутьев, которые составляют основу металлических заграждений. То есть это практически невозможно, что отец кого-то ранил или убил. Скорее всего, это случайность либо с нашей стороны, либо с их стороны. Они хотели крови, а не мы.

Могу поклясться, что не помню, чтобы видел, как он [отец] стрелял [когда-либо]. Мании стрелять по мишеням с велосипеда у него не было.

Я знаю, что отец блефовал, говоря, что он будет стрелять [по спецназу].

"Он оговорил себя"

– Я считаю, что отец не имеет отношения к гибели спецназовца. Считаю, что из благородных мотивов он просто оговорил себя с целью взять чужую вину. Я хотел бы выразить соболезнования семье погибшего спецназовца, но я хочу также сказать, что вина за его смерть лежит не на Атамбаеве, а на властях.

[В воскресенье] определенная группа лиц заходила к нам. Я так и не понял, чем они занимались, насколько я понял, это какие-то следственные мероприятия. Они делают свою работу. С учетом того, какие провокации уже были при штурме [дома] отца, я боюсь, что правды от властей мы в дальнейшем слышать не будем.

"Отец запрещал появляться в политике"

– Из страны никуда убегать я не намерен. Я – не Айдарчик [Акаев], не Максим [Бакиев], я не из числа людей, которые грабили эту страну. Я был все-таки достойным сыном своего отца.

Все эти годы про многих членов нашей семьи вы и не слышали, и не знаете. Отец строго-настрого запрещал нам появляться в политической или административной части управления государством.

Отец когда-то просил нас, чтобы мы никогда в политику не лезли, и брал с нас слово. Но, видимо, извините, отец, потому что буду вынужден нарушить обещание, потому что молчать и наблюдать за беспределом очень болезненно. Душа требует, чтобы я хоть как-то высказался.

Хроника событий

Генеральная прокуратура Кыргызстана выдвинула новые обвинения против экс-президента Алмазбека Атамбаева – в связи с событиями в его резиденции в Кой-Таше. Теперь его обвиняют в организации беспорядков, угрозе представителям власти, незаконном обороте оружия, воспрепятствовании следствию, захвате заложников, в убийстве и в покушении на убийство.

Глава Госкомитета нацбезопасности (ГКНБ) Кыргызстана Орозбек Опумбаев заявил, что Атамбаев "вел прицельный огонь" по штурмующим здание спецназовцам, и назвал гибель спецназовца "циничным убийством".

7-8 августа в селе Кой-Таш недалеко от Бишкека силовики почти сутки штурмовали резиденцию Атамбаева, чтобы доставить его на допрос. Ранее его три раза вызывали повестками, но он отказывался общаться со следователями, ссылаясь на то, что как экс-президент имеет неприкосновенность от уголовного преследования.

Со второго раза штурм резиденции удался, и Атамбаев был задержан. Но во время столкновений между силовиками и сторонниками президента погиб один спецназовец, а почти сто человек пострадали – как со стороны силовиков, так и со стороны тех, кто оборонял резиденцию.