На фото: Август 1982 года, экипаж танка в минуты отдыха. Гумер Галеев слева. || Фото из личного архива

Гумер Галеев многим в городе известен как лидер общественного фонда «Боевое братство» и союза ветеранов Афганистана, передает корреспондент «Диапазона» @gazeta_diapazon.

– Я родился в поселке в Акмолинской области, – говорит Гумер Галеев. – В семье было 6 детей. Когда я окончил школу, отец разбился на мотоцикле, и я остался за главного, старший брат ушел в армию. После школы работал на стройке, было совсем не до учебы. Но я знал, что в армии я должен отслужить, это мой долг, и попросил маму дать разрешение.

Май 1982 года, Гумер Галеев вернулся из рейда.

В 1980 году Гумер Галеев попал в Свердловск, а после его отправили в Афганистан.

– Нашу дивизию в 5 тысяч человек отправили эшелоном в Ашхабад. Мы даже не знали, что идет война. Но я помню, когда мама провожала меня в армию, я ей сказал, что попаду на войну, как будто предчувствовал. В Афганистане я попал в танковый батальон. Никогда не забуду тот тяжелый климат, днем жара под 60 градусов, а ночью пронизывающий холодный ветер. Впервые я осознал, что на войне, когда нас отправили в рейд, и командир дал приказ стрелять, я не понимал, как можно убить человека. Я вел дневник, записывал все, что происходило, но он сгорел в танке.

17 мая 1982 года Гумера Галеева в результате ранения контузило. Это было единственное ранение за полтора года службы.

– У нас было много потерь. Мой хороший друг Марсель подорвался на мине. Буквально за несколько минут до этого мы с ним разговаривали. По нам душманы стреляли из гранатометов. Еще как-то шли, рядом со мной был зам­полит из другой роты. Я услышал глухой выстрел, поворачиваюсь, а он за живот схватился и упал весь в крови, пуля ему в живот попала. Когда выходили на проческу, старались не кушать, потому что, если ранят в живот, на пустой желудок есть шанс выжить. В одном бою меня контузило, я пролежал в госпитале день и попросился назад.

Гумер Галеев на танке 750 проехал половину Афганистана.

Старший лейтенант запаса Гумер Галеев в 19 лет получил боевую медаль «За отвагу» за то, что в бою взял на себя командование колонной после того, как погиб командир, и вывел людей из-под обстрела.

– Самое страшное воспоминание, когда мы попали под обстрел, – вспоминает Гумер Галеев. – В командира роты душманы попали из гранатомета, его перерезало пополам. Мы не могли вытащить его из танка, тянули за руки, а все внутренности выходили наружу. Танк горел, наш заряжающий стал его тушить, в него стреляли со всех сторон, но ни одна пуля его не задела. Командир полка дал мне приказ вывести колонну, я так и сделал, вывел всех и пошел последним вместе с командиром. И тут мы вдвоем попали под обстрел. Наш танк подорвался на мине и встал, мы выбежали, стали отстреливаться, по рации попросили помощь и через час к нам прислали БМП.

Апрель, 1982 год, перед выходом в боевой рейд на Газни Гумер Галеев лежит на танке, рядом стоит прапорщик Матвиенко.

|| Фото из личного архива

Было много тяжелых эпизодов. Помню, одна рота уже собиралась на дембель, а за несколько дней их отправили на операцию. С той операции из 30 человек вернулись двое. Мы были молоды, но мы за себя не боялись, а боялись друг за друга.

В 1987 году Гумер Галеев переехал в Актобе.

– После армии я не мог спать спокойно. Мама постоянно плакала, рассказывала, как ночью я воевал. Всегда засыпал на кровати, а просыпался на полу. И жена долгое время спрашивала, когда уже закончатся атаки. Ежегодно мы встречаемся с афганцами, переписываемся в соцсетях с теми, кто живет в других странах. Сейчас к 30-летию вывода советской армии мы подготовили множество различных мероприятий, концертов и шествие, выпустили книгу памяти о погибших афганцах.