На фото: Поселок Уил. На улице, которую назвали в честь Шыганака Берсиева, нет освещения.

На фото: Могила Шыганака и мемориал, находящийся под защитой государства. || Фото автора

Недавно в поселке Каратал отпраздновали 135-летие Шыганака Берсиева, советского рекордсмена-просовода и новатора сельскохозяйственного производства, который добивался высоких урожаев.

Празднование юбилея навело меня на размышления. Проведение праздника, к сожалению, не предавалось широкой огласке. Тема конференции не была полностью раскрыта. Слово предоставили только людям из списка. Те, кто знал Габидена и Шыганака, остались в стороне. Мой дедушка Шангала Отегенулы был председателем колхоза, когда Шыганак поставил рекорд.

Когда Габиден Мустафин писал свой роман «Шыганак», он уже не застал Берсиева, успел только на садака через 40 дней после его кончины. Роман он написал, основываясь на многих фактах, которые рассказал ему мой дедушка. Я много беседовал с Габиденом Мустафиным в студенческие годы, писал статьи, читал доклады. Даже сейчас я скажу: всем, кто хочет заниматься выращиванием проса, получать урожай, нужно внимательно прочитать этот роман.

Я был свидетелем предыдущих юбилеев Шыганака Берсиева. Что было сделано тогда? И как сегодня чтят память известного просовода?

Вы бы видели улицу, которую назвали в честь Шыганака. Это короткая улица длиной 500 метров, на которой нет ни фонарных столбов, ни освещения. К юбилею не вышло ни сборника, ни значка, ни сувенира. Можно было бы поздравить тех, кто работал в свои годы в звене Шыганака. Почему на празднике не было участника Великой Отечественной войны, обладателя ордена Ленина и нескольких медалей Отегали Куанышбаева?

На конференции многие сказали, что сейчас школьники не знают, кто такой Шыганак. Но мы не должны требовать этого только от детей, требовать нужно прежде всего от себя. Почему роман «Шыганак» убрали из школьной программы? У нас в библиотеке этот роман в одном экземпляре. Можно было бы в честь юбилея сделать копии и подарить детям. Зачем нам нужны праздники и юбилеи, если не останется ни памяти, ни урока последующим поколениям?