В Актобе судьи обсуждали законопроект Гражданско–процессуального кодекса.

Вместе с рабочей группой по разработке проекта ГПК актюбинские судьи предлагали свои нововведения.

В частности предлагается ввести госпошлину на обжалование дел в гражданских судах.

– Конечно, простые граждане, предприниматели, адвокаты будут против этого. Бывает, одна из сторон видит, что решение вынесено законно, но все равно подает апелляцию, – рассказывает председатель апелляционной коллегии по гражданским и административным делам Карагандинского облсуда Жанна Сейдалина. – Таким образом некоторые просто тянут время, пока решение вступит в законную силу. При введении госпошлины на обжалование количество необоснованных апелляций должно уменьшиться.

Также планируется ввести институт судебной медиации. Практика показала, что сейчас медиация [урегулирование споров между сторонами на досудебном уровне. – Прим. автора] непопулярна, возможно, потому что медиаторы оказывают услуги на платной основе.

– Судья-медиатор будет в течение 10 дней пытаться привести стороны к мирному соглашению, этот будет не тот судья, что рассматривает уголовное дело, – объясняла Жанна Сейдалина, – процедура не повлияет на сроки рассмотрения дела. Если примирение не удастся, то судебный процесс по делу продолжится дальше. Процедура судебной медиации работает в Германии.

Также претерпит изменения процедура представления доказательств в граждан­ском суде.

– Бывает такое, что юрист в суде первой инстанции не представляет некоторые доказательства, дер­жит карты в рукаве, – рассказывает Жанна Сейдалина. – Потом они их представляют в вышестоящей инстанции, и решение меняют. Предлагается, что в суде апелляционной инстанции не будут рассматриваться доказательства, которые не фигурировали в суде первой инстанции. Не представил вовремя доказатель­ства – это процессуальное упущение.

Обсуждали на семинаре и процедуру отвода судьи. Например, сложно сделать отвод судье в районе, где всего-то двое судей, и они могут иметь отношения с участниками процесса. В селе все друг друга знают, а жить обособленно от всех служитель Фемиды не может.