Почему в Казахстане решили провести внеочередные выборы? Почему мы пойдём не выбирать, а голосовать? И почему наш народ голосует только за одного человека? На эти вопросы отвечал известный журналист, публицист Сергей Дуванов, который на этой неделе побывал в Актобе.

К чему спешка?

Отвечая на вопрос, почему в Казахстане решили провести внеочередные выборы, Сергей Дуванов сказал, что это был грамотный расчет власти. 

– По мнению аналитиков, власть все просчитала: кризис возвращается, цены растут, особенно на продукты, и даже жесткая установка сдерживать их не помогает, все равно экономика сильнее. Испугавшись того, что будет осенью, Назарбаев грамотно, как политик решил не рисковать, не ждать 2012 года. Тогда-то и была идея провести референдум. Но Запад пальчиком погрозил, и нужно было срочно придумать что-то. Выборы.

Оппозиция не готова к выборам

– Я критикую оппозицию не меньше, чем власть, – не скрывает Сергей Дуванов. – Последняя волна оппозиции существует 10 лет. Если бы они каждый месяц, как церковники, которые ходят по улицам, хотя бы по одному человеку в «веру свою обращали», сколько бы было? Тысячи! Их крики народу сейчас – это, по сути, обращение в пустоту, они ничего не дадут.
– У многих претензии к Булату Абилову, что он не пошел на выборы, но нельзя человека заставить быть героем, идти на баррикады. А вообще, наша оппозиция не выдвигалась не потому, что ей не дали, а потому что не готова. ОСДП «Азат» – крупнейшая и самая состоятельная в финансовом плане оппозиционная партия. Они не готовы были определиться, кто пойдет. Амиржан Косанов великолепно знает казахский язык, и если бы он вместо Булата Абилова вышел, он сдал бы экзамен. Другое дело, что все равно проиграл бы. Оппозиция должна была готовиться, начиная с 2005 года. 

Голосование или выборы?

– Наше обычное представление, что такое выборы: есть кандидаты, народ выбирает одного, и тот попадает во власть. Это банальная схема и абсолютно неверная. Выборы начинаются с расстановки сил. Власть, оппозиция и народ, в составе которого как маленький аппендикс гражданское общество – это НПО, просто активные граждане. И выборы – это столкновение интересов всех сторон. Мы не можем отнести тех кандидатов, которые сегодня участвуют, к оппозиции, ну, не отношу я кандидата от КНПК Ахметбекова к этой категории. От гражданского общества вообще у нас никого нет. Понятно, что Елеусизов и Касымов – «подсадные утки». Сегодня мы имеем ситуацию отсутствия выбора – то есть в стране будут перевыборы. Вдумайтесь в смысл понятий: выборы и голосование. Что в советское время было? Ходили голосовать за советскую власть. То есть сегодня мы вернулись к старой теме. И это впервые, на прошлых выборах хоть какая-то альтернатива была.

Все претензии – к народу

– Буквально до вчерашнего дня за кого мы держали арабов? Мы считали, что выше их в области демократии, гражданского общества. Мы не знали их. Оказывается, Тунис на две головы выше нас в этих вопросах. Для них 30 лет правления одного человека – это дико. Даже если все хорошо, положено ведь выбирать. Есть такое понятие – психологическая усталость. И там вышли на митинги не от плохой жизни. В Бахрейне демонстрации были, а у них пособия по безработице 4 тысячи евро, в то время как в Европе средняя зарплата 3 тысячи. Почему же у нас люди голосуют только за одного человека и считают, что это нормально? Весь вопрос в ментальности. У меня большие претензии к нашему народу, он у нас просто непробиваемый. Еду в такси, водитель ругается: цены выросли, дороги плохие, я спросил: на выборах за кого проголосуешь? Ответ: за него. Человек обычный не видит увязки между тем, как он живет, и властью. Он считает, что цены повысили – продавец виноват, дороги плохие – аким. Мы не видим выше своей головы.

– Есть три пути изменения нашего общества, три возможных сценария. Первый – то, что произошло в Киргизии. В Бишкеке молодежь штурмовала, те 100 тысяч ребят, так называемый «пояс шахида». Это те, кто вокруг города во времянках живет, у кого ни кола, ни двора – им терять нечего, а по­грабить хочется. Это худший вариант, но он есть. Второй – оппозиционный. В данном случае под оппозицией я понимаю не политическую оппозицию, а клановую. Те 4-5 кланов, которые сегодня в верхах. И случись что наверху, сразу будет передел собственности. И бишкекский путь тут в принципе неплох. По сути, они к парламентской республике пришли. На Акаеве обожглись, потом на Бакиеве и пришли к выводу, что одного наверх пускать нельзя, поэтому кланы стали править так, чтобы никто не был выше, а парламент это как раз предполагает. И в итоге будет демократия, потому что, чтобы попасть в парламент, нужно будет к народу все же идти. И последний пункт, как можно изменить нашу ментальность, – это промывание мозгов. Но на это уйдет много времени.

Сергей Дуванов,

58 лет, журналист, публицист, социолог.

Сергей Дуванов одним из первых написал о начинающемся коррупционном скандале «Казахгейт» в 2002 году. В том же году власти обвинили его в оскорблении чести и достоинства президента Нурсултана Назарбаева. Через два месяца он был обвинен в изнасиловании несовершеннолетней. В январе 2003 года Сергей Дуванов был осужден на три с половиной года тюрьмы. Он отсидел на зоне одну треть этого срока, после чего был условно-досрочно освобожден, и судимость его закончилась в 2006 году.

О себе:

« Я не политик, не состою ни в одной партии, кто-то считает меня идеологом оппозиции, я никакого отношения не имею к ней, я дистанцируюсь от власти и от оппозиции, я публицист, и поэтому идеолог демократической части общества».

Ольга ДАНИЛЕВСКАЯ

FILMS FREE avi