Землетрясение в 7 баллов по шкале Рихтера погрузило народы Турции и Сирии в глубокий траур по погибшим и искалеченным. Их же уже многие тысячи, а конца и краю этим скорбным спискам не видно. Разрушены целые города, стёрты с лица земли сотни селений. А человек застигнут природной стихией врасплох, несмотря на прошлые трагедии и горькие уроки. Так было, так есть сегодня и, к великому сожалению, так будет и в будущем...

Мы воюем, стреляем, бьём кулаком в грудь, что мы самые-самые, а в моменты таких страшных катастроф становимся бессильными и где-то жалкими. В Турции объявлен недельный траур. Ещё неизвестно точное количество погибших и пропавших без вести, может, этот траур будет бессрочным в сердцах простых людей в Турции, да и по всему миру.

И я сразу мысленно перенёсся в события ещё более разрушительного землетрясения, потрясшего всю Армению в декабре 1988 года. Я был свидетелем той трагедии. И вот спустя почти 35 лет я вновь мысленно там, где был свидетелем трагедии целого народа, гордого и, к сожалению, беспомощного перед стихией.

Во время учёбы в Карагандинской высшей школе МВД СССР в середине сентября 1988 года в составе отдельного, сводного батальона я был командирован в Ереван, столицу тогда ещё Армянской ССР. Цель командировки – «оказание помощи органам внутренних дел Армянской и Азербайджанской ССР в связи с тяжёлой обстановкой, связанной с событиями в Нагорном Карабахе».

10 декабря 1988 года наш сводный батальон из 120 курсантов должен был погрузиться на борт военно-транспортного самолёта и улететь на место нашей постоянной дислокации, в Караганду, а дальше по родным и семьям. Но утром, 7 декабря, в 11:40 в Армянской ССР произошло страшное землетрясение. В эти самые минуты мы находились в пригороде армянской столицы и готовились к долгожданному отъезду домой. Но нашим планам не было суждено сбыться, отлет переносился на неопределенный срок. Мы должны были оказать помощь пострадавшим от стихии в городе Спитак, он был разрушен подземными толчками. В наши задачи входило патрулирование улиц города, охрана значимых объектов, куда входили сберкассы, крупные магазины, торгующие ювелирными изделиями. И мы уже через несколько часов по пути в городе Спитак проезжали второй по величине город Армянской ССР, полуразрушенный Ленинакан, сейчас он Гюмри. Город Ленинакан был чуть больше тогдашнего нашего Актобе, и он был в развалинах. На полуразрушенных стенах высоток висели ковры, часы и всевозможные картины. Это было похоже на страшные кадры военного фильма. Повсюду бродили люди, дым пожарищ, не осевшая пыль и отчаяние в глазах людей. Да, полное отчаяние. Это потом будут подвиги, самоотверженность спасателей, помощь со всего Союза. Это всё будет потом.

Страна не была готова к такому сокрушительному землетрясению.

Уже через несколько часов мы были в Спитаке или же точнее в том, что осталось от некогда красивого и уютного районного центра. Почти все высотные дома сложились, как карточные домики. Все дома в Спитаке были крупнопанельные, что предрешило их судьбу. Наши задачи были выполнены не полностью, так как сбербанки и магазины были разграблены криминальными слоями населения сразу же после первых подземных толчков. Что скрывать, такие факты были повсеместны по республике. Находились люди, которые, не обращая внимание на всеобщее горе, творили тёмные дела.

Мы в Спитаке пробыли трое суток. Эти три дня ещё долго приходили ко мне во снах: стоны и крики людей из-под развалин и глаза живых людей, полные отчаяния и беспомощности. Республика, да и весь Союз абсолютно не были готовы к такому разрушительному землетрясению. Хотя до этого были Ашхабад и Ташкент.

А теперь Турция. Многострадальная, пережившая в своей истории не одно землетрясение, но никогда не падавшая духом, зазывающая весь мир на свои прекрасные курорты, как Бразилия на свои карнавалы. Во время такого горя не бывает чужих страданий и чужих людей. Сейчас со всего мира спешат на помощь Турции и соседней Сирии, тоже пострадавшей от подземных толчков. Лишь бы успели вовремя, пока есть хоть какая-то надежда у погребённых под развалинами и у их родных и близких. Наша страна тоже одной из первых откликнулась на горе дружественного и братского народа Турции. Не хочу проводить параллель между трагедиями, разделенной расстоянием в 35 лет. Но одно скажу: кроме войн и распрей, коими «богат» окружающий наш мир, есть ещё много страшного людского горя, которые требуют незамедлительного внимания и участия. И одно из них происходит прямо сейчас, принося горе и страдания красивому и гордому народу.

Жанабай ШАРИПОВ, Кандыагаш

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Пост от читателя. Свита делает короля