14-летняя Катя Мостовая  шестой год воспитывается в детском доме.  После выпуска ей некуда идти. В родительской квартире живут чужие люди. Дедушка пропал. 

Катя оказалась в детском доме в 8 лет, после того как ее маму и бабушку посадили за наркотики. 

– Мы с бабушкой, дедушкой, мамой, отчимом и маленькой сестрой жили по улице Есет батыра. У нас была двухкомнатная квартира,  – рассказывает девочка. – Когда бабушку судили, у нее не было денег на адвоката, и она согласилась обменять квартиру на другую, а разницу в цене  на жилье отдать защитнику, выписала ему доверенность. Так мы переехали на улицу Ленинградскую. Потом маму тоже посадили. Сестренку Надю, ей тогда было 2 года, после этого  забрал отчим, я осталась с дедушкой. Но опекунство ему не дали, и меня вскоре отправили в ЦВИАРН, оттуда в детский дом. Когда я была в ЦВИАРНе, дедушка приходил ко мне, потом перестал.  Оказывается, он пропал. Сейчас бабушка освободилась и подала на него в розыск. До  того как пропасть,  дедушка переписал на других людей  наши две квартиры. Ту, что была по ул. Ленинградской, и еще одну, по пр. Абая.  Там жил брат дедушки, который умер. Сейчас там живут чужие люди. Бабушка хотела вернуть квартиры, подавала в суд, но  бесполезно. Она говорит: в деле замешаны полицейские. Мне теперь после дет­дома некуда идти, поэтому я и написала президенту. 

«Каждый человек может ошибаться, главное – признать свою вину и не повторять плохого. Сейчас моя бабушка освободилась и работает волонтером в СПИД-центре. Мама еще отбывает наказание», –  читаю письмо Кати, где буквы аккуратно выведены детским почерком. В понедельник письмо ушло в Астану.  

– Бабушка  часто приезжает ко мне в детский дом, но забрать даже на каникулы она меня не может, – рассказывает девочка. – Нельзя, если нет жилья. И под опеку меня ей не дают. А я очень хочу жить с ней, чтобы у нас был свой угол.

 – Катя Мостовая выросла в неблагополучной семье, такие дети часто становятся жертвами  квартирных мошенников, – говорит Алима Абдирова, руководитель информационно-правового центра для воспитанников интернатных организаций, организованного в Актобе фондом «Бота». – Катя обратилась к нам. Мы  нашли ее бабушку Валентину Мостовую, юристы  изучили  материалы по ее делу. Мы считаем, что суд, разбираясь с ее квартирами,  не учел всех доказательств. Копии документов мы передали в международное бюро по правам человека, этим делом будет заниматься оно. Увы, ключевой свидетель, дедушка Кати Мостовой, пропал. Мы будем обращаться в ДВД, чтобы приняли меры по его поиску.