Независимая экспертиза не обнаружила документальных свидетельств того, что 20-летнюю больную диабетом до смерти закололи глюкозой. Стали известны результаты вскрытия.

В прошлую пятницу Алия Берниязова получила результаты вскрытия ее умершей дочери. Свое экспертное заключение на 14 печатных страницах предоставила группа независимых специалистов. Напомним, ранее «Д» публиковал материал о смерти 20-летней Аиды Берниязовой. Врачи вовремя не поставили ей диагноз сахарный диабет [«Д» №25 от 27.06.13 «Больную диабетом кололи глюкозой. 20-летняя девушка умерла»]. После чего о случившемся узнали в Министер­стве здравоохранения в Астане. 

По заявлению матери в гос­органы и письмам в разные инстанции департамент по контролю медицинской и фармдеятельности сформировал независимую комиссию. В ее состав вошли эндокринолог, анастезиолог, терапевт, патологоанатом. Двое специалистов из Астаны, двое из Уральска, один специалист от актюбинского департамента. Эксперты провели расследование и составили акт проверки.

– Изучив этот акт, мы поняли, что на уровне поликлиники смерть этой девушки была предотвратимой, – говорит руководитель департамента по контролю медицинской и фарм­деятельности Рахимжан Арыстан [на фото]. – То есть, еще тогда ее можно было спасти. Участ­ковый врач недооценил такие симптомы как сухость во рту, снижение веса, общая слабость – все это является симптомами сахарного диабета. Позже, когда появилась тошнота и рвота, в организме заработал необратимый процесс. 

Согласно заключению экспертов, в поликлинике Аида не получила должного внимания. Еще в 2011 году у нее было повышение сахара до 6,2 ммоль. В марте 2013 года у нее также брали анализ. Как описывают эксперты в своем заключении, анализ был без даты, без фамилии врача, проводившего и назначившего анализ, были зафиксированы исправления.

Со временем девушке становилось хуже. Мама Аиды вызывает «скорую». Приезжает фельд­шерская бригада, которая ставит диагноз тирео-токсикоз – заболевание щитовидной железы. И оставляет сигнальный листок для участкового врача. По своему образованию фельд­шер не имела права ставить этот диагноз. Это прерогатива врача. Им нужно было отвезти девушку в больницу для дальнейшего решения, как с ней поступить. Этого они не сделали. 

– Во время проверки выясняется, что участковый врач, посылая медсестру на дом для взятия анализов, назначила ей глюкозу и актовигин. Получила умершая девушка эти уколы или нет, нигде не фиксируется. То, что Аиду кололи глюкозой при поступлении в медцентр, тоже нигде не записано.

В медцентр девушку доставляют в коматозном состоянии. Здесь эксперты также видят нарушение в лечении. Анализ показал, что на тот момент уровень сахара в крови был до 28 ммоль/л. У девушки начались осложнения. 

Результаты проверки департамент направил в медакадемию, облздрав, Минздрав и ДВД. Если правоохранительные органы увидят в действиях врачей уголовное преступление, они продолжат разбирательство дела. Если нет, виновных привлекут к административной ответственности. 

– Говорить о каких-то конкретных лицах рано, – продолжает Рахимжан Арыстан. – В этом деле задействовано много людей. Девушка умерла от отека голов­ного мозга, который возник ввиду сахарного диабета. Вскрытие показало, что в легких было большое количество гноя. Скорее всего, у нее уже был воспалительный процесс. Сахарный диабет все усугубил. Следует также отметить, что у Аиды был врожденный порок поджелудочной железы. Судя по записям, улучшить положение девушки на момент поступления в медцентр могло только чудо.

– Имели ли право врачи требовать амбулаторную карточку после смерти человека?

– Это, скорее всего, вопрос деонтологического плана. Амбулаторная карта является документом гражданина. Я не знаю, с какой целью карта могла понадобиться врачам. Это на их совести. Но после смерти человека в этом абсолютно нет смысла. Отдавать или оставить ее себе – это право матери. 

Я всегда призываю наше население к солидарной ответственности за свое здоровье. Если у кого-то есть какая-то симптоматика, надо идти к врачу и своевременно получить помощь. Своим коллегам я желаю проявлять максимальное внимание к своим пациентам. Отношение к пациентам должно быть как к близкому человеку.