Фото : Zakon.kz

Министр здравоохранения Елжан Биртанов рассказал о ситуации в области трансплантации органов, сообщает Zakon.kz.

Сегодня в Казахстане пересадку донорских органов ожидают 3200 человек. В одних странах существует презумпция согласия на трансплантацию органов, в других презумпция несогласия. Более развитые страны двигаются в пользу презумпции согласия, отметил министр.

- Буквально на днях я читал исследование, что в Европе при соцопросах семьдесят с лишним процентов респондентов выразили готовность пожертвовать свои органы, среди них до 90 процентов молодежи. Я уверен, у нас, если не столько же, то близко к этому, - говорит Елжан Биртанов. - Каждый из нас понимает, что человеку может потребоваться пересадка - родственникам, друзьям и так далее. Все это понимают, но никто социологического опроса в таком масштабе у нас не проводил. Поэтому, когда мы говорим, что кто-то против, это не значит, что все против. Вот говорят, в Европе более высокий уровень сознания. Я так не думаю.

Просто у нас какое-то недоверие, что якобы человека можно убить и пересадить органы. И люди верят в эту нелепость и говорят, я, может, и не против свои органы отдать, но я против того, чтобы меня, еще имеющего шансы на жизнь, убили и продали органы. Когда принимается решение, и мы начинаем разговаривать с родственниками, никто не знает, кому попадет этот орган и подойдет ли он ему. Следовательно, как можно его продать? Это трупная донация. Не надо смешивать кейсы коррупционные, связанные с родственной трансплантацией с тем, что живой человек может прийти и отдать живому человеку свой орган.

Напомним, в 2017-2018 годах в Казахстане действовала организованная гражданами иностранных государств преступная группа в сфере трансплантации человеческих органов. Появилось так называемое дело врачей-трансплантологов, был задержан известный казахстанский врач, которого подозревали в незаконной пересадке органов состоятельным гражданам Израиля. После этой истории у нас сократилось количество операций по трансплантации органов.

- Да, коррупционные скандалы действительно были, - говорит министр. - Дело в том, что в Израиле проблема с трупной донацией, лист ожидания там очень большой. И они где-то там между собой договорились, нашли пациента - не в Казахстане, а у себя - привезли сюда, вместе с ними приехали и родственники, юридически все оформили, нотариально заверили, все по закону. А помните историю, когда парень подарил почку девушке, помните этот кейс? Все восторгались. То есть наше законодательство позволяет дать свой орган совершенно постороннему человеку, главное, чтобы была тканевая совместимость, а тканевая совместимость бывает очень часто. Но обвиняют в том (в истории с иностранцами – Т.Н.), что это была продажа органа. Где-то это, возможно, было доказано, не знаю, но здесь фактически произошла медицинская услуга, которая не запрещена законом – пересадка от пациента к пациенту. Они приехали в Казахстан, потому что здесь дешевле, безопаснее и качественнее делают. В итоге появилось так называемое дело врачей по торговле органами. Где-то там договорились, где-то, возможно, была какая-то трансакция, я не знаю, но врачей наказали. Какое это имеет отношение к трупной донации и трансплантации? Никакого.

В Казахстане лет десять назад был принят закон, предусматривающий трансплантацию органов в случае презумпции согласия. Министр призывает граждан: если вы не согласны, пожалуйста, пойдите и откажитесь.

По его словам, в некоторых странах информацию о согласии и несогласии включают в техпаспорт.

- Мы сейчас сделали госуслугу, она скоро заработает, - сообщил Елжан Биртанов. - Человек может пойти в ЦОН и зафиксировать свое несогласие и это будет храниться в базе данных. У нас есть регистры, и вы можете сами проверить. Придите в любую больницу, покажите удостоверение, они скажут, какой у вас адрес, вашего лечащего врача и там будет информация, согласны вы или не согласны. Если вы согласны, то можете не ходить в ЦОН. Вот в чем эта презумпция. И там написано, что человек при жизни может сам отказаться.

Если он недееспособный, в этом участвуют законный представитель и родственники. То есть, условно при жизни я говорю, я согласен. Я действительно согласен. Но мои родственники, например, говорят, нет, мы против. Поэтому мы сказали, давайте уберем родственников, потому что человек сам должен решить, что он при жизни согласен.

Некоторые говорят, пока еще новая госуслуга не заработала и действует старая редакция закона, никто не знает, был ли человек при жизни согласен или нет. По этому поводу министр внес ясность:

«После смерти мы всегда спрашиваем мнение родственников, но здесь было противоречие и мы сейчас обсуждаем это. Думаю, мы нашли ту редакцию, которая всех успокоит - родственники могут отказать, если человек при жизни не заявлял, что согласен, мы дадим им это право. То есть в течение определенного времени родственникам будет предоставлена возможность сказать, да или нет».

Во-вторых, акцентировал внимание глава здравоохранения, врачи намерены максимально полно информировать население о том, что есть такая услуга, когда человек может прийти и сказать, что он согласен или отозвать согласие. «Вы можете делать это каждый день, но в системе эта информация будет, - уточнил министр. - Тогда, думаю, все вопросы отпадут. Там будет прописано, как это согласие или отказ осуществляется. Любой человек может пойти и сказать, согласен или не согласен. Электронно мы это зафиксируем. А если он не появился, мы будем предполагать, что он не возражает, но в случае его смерти родственники могут отказать. То есть мы позволяем родственникам не давать согласия на изъятие органа человека после его смерти».

Второй очень важный момент, который отметил министр, «когда человек погибает, никто у него органы не изымет, это только после констатации смерти можно. Не бывает такого, что человек попал в аварию, скончался и его тут же распотрошили. Нет. Есть четкие показания. Все эти процедуры прописаны в нашей нормативной базе.

Как комиссонно принимается решение о смерти мозга, как работает трансплант-координатор, комиссия на заборе, комиссия определяет показания и так далее – все это делается в соответствии с мировыми стандартами. За время работы никаких нареканий со стороны международных экспертов не возникало. И мы делали трансплантацию, у нас росло количество трансплантаций, мы освоили все эти вещи, и потом все это рухнуло буквально за последние два года из-за этих коррупционных скандалов. И врачи уже боятся делать пересадку органов».

Но многие трансплант-координаторы все-таки говорят, что родственники зачастую не отказывают. Просто врачи боятся и не сообщают о таких случаях. Говоря об этом, министр отметил, что в законодательстве много пробелов, нюансов и это все сейчас обсуждается, отрабатывается с парламентариями. «Депутаты, которых мы любим критиковать, делают огромную работу и помогают нам выровнять все эти нормы», - резюмировал Биртанов.