В последние дни перед Новым годом Интернет завалили сообщения о том, что чиновники то тут, то там отказываются от корпоративов. В Астане, в ВКО, Мангистау и Жанаозене… Облздравы, акиматы, депутаты… Какой-то аким небольшого городка, даже названия не запомнила, отказался от большого кабинета, пересел в маленький… Прям байгу какую-то устроили между акиматами и управлениями.

На что рассчитывают чиновники, сообщая такую новость? Мы должны им посочувствовать, пожалеть, зауважать? Лично мне абсолютно все равно, останется какой-то чиновник перед Новым годом без фуагры или ананаса или нет. Да, пишут, что госслужащие отдали деньги на благотворительность. Но миллионы людей этим занимаются, только стараются об этом не кричать. Десятки читателей после публикаций в «Диапазоне» помогают тем, о ком написала газета. Были случаи, когда они собирали по миллиону! Ребенку на операцию, на протезы, сиротам, которые остались без матери и жилья… И главное, о чем люди просили: не называть их.

Мне вспоминается мое дет­ство. Мои родители рядовые сельчане. Работали на Опытной станции недалеко от Актобе. Был там директор – участник войны, ученый и заядлый коневод Александр Иванович Беляев. У него был служебный УАЗ. Но по дальним точкам, на пастбища и сенокос директор ездил верхом на лошади. Верхом ездили и специалисты хозяйства. Старики об этом вспоминают до сих пор.

Один мой родственник как-то рассказал. Ему было лет 5. В дом на далекой точке приехал директор. Китель, бурка, на голове папаха, усатый. Увидев, что он спешивается с коня, ребенок побежал домой с криком: «Чапаев приехал!». Директор вошел вслед за ним. «Ты Чапаева откуда знаешь?» – спросил он смутившегося ребенка. Потом посадил его возле себя и рассказал о комдиве. Сейчас тот мальчик специалист крупной компании в соседней неф­тяной области. Тот случай из детства запомнился ему навсегда. Интернета не было, газеты не писали, а в памяти осталось…