На фото: За 8 месяцев в Актобе 191 раз фиксировали превышение предельно допустимой концентрации сероводорода. При отравлении им возможны судороги, потеря сознания и даже остановка дыхания. || Фото из архива «Д»

Так возмущался депутат Есеркепов на комиссии облмаслихата, где обсуждали проблемы экологии. «В августе было 24 случая экстравысокого загрязнения сероводородом. Мы дышать могли только 6 дней. Почему не говорите: ходите в марлевой повязке, респираторе или не дышите? Где ваша работа?» – отчитывал депутат главного эколога Иманкулова.

На заседании говорили не только о выбросах сероводорода в Актобе. О том, что озеро Шалкар превратилось в болото, загрязняется уникальный источник питьевой воды Кокжиде, а добыча калийных солей близ Жилянки может стать экологическим бедствием.

В начале о ситуации доложил руководитель департамента экологии Жаксыгали Иманкулов. Правда, ничего нового он не сообщил. Начал с проблем очистных сооружений в районах. В Алге, Кандыагаше, Жеме, Хромтау, Бадамше, Шубар-кудуке, Кенкияке, Шалкаре, Мартуке и Эмбе, к примеру, очистные сооружения не соответствуют требованиям, поэтому нечистоты сбрасывают на поля безо всякой очистки. В Кобде, Комсомоле, Мартуке, Иргизе, Темире и Байганине никаких очистных сооружений нет вообще. Будет ли меняться ситуация, главный эколог не сказал, плавно перешел к теме сероводорода.

– В 2012 году в Актобе было 64 случая превышения ПДК по сероводороду, в 2013 году – 48 , в 2014 году – 30, в 2015 году – 78, – сказал он. – За 8 месяцев этого года «Казгидромет» установил 191 факт превышения ПДК по сероводороду, из них 145 высокого загрязнения и 46 экстравысокого загрязнения. Только за август было 100 фактов превышения ПДК по сероводороду. Из них 76 высокого загрязнения, 24 – экстравысокого загрязнения. Выбросы залповые, сероводород в городе ощущается при ветре и низком давлении, ядовитый газ исходит от коллекторов и колодцев «Акбулака». Стоки должны очищать на 80-90%, но очищают всего на 50%. В городскую канализацию вместе с бытовыми поступают промышленные отходы. При испарении на полях КОС выделяется сероводород и ветром накрывает город.

Далее Иманкулов в который раз посетовал на то, что в Актобе нет стационарных сливных станций, а канализация в Жилгородке введена еще в 50-х годах. Вспомнил о 35 га полей с отходами спиртзавода, которые находятся вблизи города.

– Мы проверяем, есть ли на предприятиях локальная система очистки, – сказал Иманкулов. – Особое внимание уделяем производителям алкогольных, безалкогольных и газированных напитков. В стоках «Максимуса» и «БН Актобе» много сульфатов, хлоридов, отходов бардового производства. Проверили 59 предприятий, 47 оштрафовали на 3,7 млн тенге. Для утилизации жидких отходов «Максимуса» и «БН Актобе» выделяют земельный участок.

Где команда «Газы!»

– При экстравысоком загрязнении сероводородом животные, люди могут существовать? – поинтересовался депутат Есеркепов.

– Если это кратковременно, могут, – ответил Иманкулов [на фото].

– В августе было 24 случая экстравысокого загрязнения воздуха сероводородом. Почему нам не говорят: выходите из дома в марлевой повязке, респираторе или не дышите? Мы нормально дышать могли только 6 дней. Как мы живы остались?

– Станция на Рыскулова, там фиксируется,.. – начал было отвечать главный эколог, но депутат его прервал.

– Я на Санкибая живу, дышать невозможно. Ситуация очень сложная и годами не решается. Хоть предупредите народ: что ему делать? Есть же информационные службы. Где ваша работа? Какое у нас будущее? Мы бишара стали.

– Мы проверяем предприятия, остановить их работу не можем, это все связано с экономикой. Мы действуем по закону.

– Ситуация же от этого не улучшается, только усугубляется. Такого маскара (кошмар - каз.) еще не было, – заключил депутат.

Почему не проверяют АЗС?

Депутат Итегулов поинтересовался состоянием Кокжидинского месторождения воды.

– На Кокжиде добычей занимаются 7 предприятий. При загрязнении принимаются меры. На этом источнике надо пересчитать запасы, в 83-м году запас составлял 1 млрд 79 млн кубометров воды.

Депутат Нурлан Сагналин предложил экологам проверить АЗС. Выбросы от автотранспорта, высказался он, связаны с некачественным бензином.

Калийные соли – бедствие

Активисты из Каргалинского интересовались, почему депутаты маслихата молчат о разработке месторождения калийных солей? «Если шахту откроют, это будет катастрофа. Г-н Иманкулов говорил, что этого не будет, а если произойдет, он готов подать в отставку. Чего нам ждать?» – интересовались они.

– Компания, которая намеревается добывать и производить калийные удобрения, в департамент экологии не обращалась. Для производства нужен проект, экспертиза, общественные слушания. Да, у нас интересовались мнением. Мы ответили, что предприятие находится в прямой близости к Актобе, отходы будут загрязнять воздух и землю. Больше ничего. Не накаляйте ситуацию, – ответил эколог.

К слову, в апреле в городском маслихате Иманкулов говорил аксакалам, что контракт заключило правительство, отменить это может только суд.

Депутаты также интересовались, будут ли деньги для очистки озера Шалкар, которое превращается в болото, и что делать со шламнакопителем близ Алги и мусором от химзавода, откуда все пригодное давно забрали.