На фото: Старый барак семья снимает за 20 тысяч тенге в месяц. Это все, на что хватает пенсии по инвалидности. На остальные 14 тысяч семья живет целый месяц. || Фото Владимира ЗОБЕНКО

Айсауле выпускница интерната для детей с задержкой развития. Читать и писать женщина не умеет. Муж их бросил, жилья и денег у семьи нет.

38-летняя Айсауле Умербекова родом из Оренбурга. Воспитывалась в спецшколе для детей с умственной отсталостью. В 2001 вышла замуж и переехала в Актобе, сразу родила старшего сына Алихана. В 2004 появилась дочка Динара. В 3 года малышку сбила машина. Возможно, от шока девочка остановилась в развитии. В свои 10 лет она не умеет читать и писать, не различает цвета. По словам матери, то, чему Динара учится сегодня, назавтра она уже забывает.

– Она, как я, не умеет читать и писать, – плачет мать. – Мне 38 лет, а я не могу даже документы прочитать, мне их мама читает, объясняет, что написано.

Когда муж узнал, что дети нездоровы, развелся с Айсауле и выгнал ее из дома. Какое-то время женщина ночевала с двумя детьми на улице. Но не жалеет, что развелась, ведь в семье мужа, говорит, ее били, забирали зарплату, однажды довели до попытки самоубийства, она воткнула нож себе в грудь. Айсауле удалось спасти. О той истории напоминают шрамы.

Спустя время женщина познакомилась с другим мужчиной, родилась самая младшая дочка Жанерке. Сейчас малышке 10 месяцев. Денег на аборт у матери не было. Гражданский муж стал бить, пить, а вскоре и просто ушел. Из-за грудного ребенка Айсауле не может работать. Ее мать живет в Соль-Илецке, приезжает редко, помимо Айсауле у нее еще пятеро детей.

– Не приезжай ко мне, мама, это ведь дорого, у тебя другие внуки и дети, они ругаются, что ты мне помогаешь, – говорит Айсауле своей матери. – Я проживу как-нибудь…

Отец двоих детей алименты не платит. Жить семье не на что. Перед учебным годом Айсауле звонила бывшему мужу, просила помочь собрать детей в школу, но в ответ услышала ругань.

– Я ходила к судоисполнителю, она не помогла, – рассказывает Умербекова. – Обращалась к местным депутатам, они кормят обещаниями. Ходила даже в мечеть «Нур-Гасыр», сказала, что мне нечем кормить сегодня детей, но и там не помогли.

Сейчас мать и трое детей живут в развалившемся доме в дачном массиве, топят печку, за это платят 20 000 тенге. Умербекова получает пособие по инвалидности на старшую дочку 43 000 тенге. На это и живут. Динара и Алихан учатся в школе для детей с умственной отсталостью. Мальчик умеет немного читать. В школе помогают, учителя передают продукты, вещи.

Питаются Умербековы тем, что приносят люди. Летом Айсауле сажала картошку, сами ели и продавали. Сейчас ходит на рынок, там подбирает то, что остается непроданным.

В двухкомнатном доме холодно, дети мерзнут. Мать топит печку дровами, но уже сейчас, пока морозы несильные, комната не согревается. В зиму семья хочет переехать в дом на Кирпичном, его сдают за 30 тысяч, но там не нужно топить печку.

Прописки у Айсауле и ее детей не было. В ЦОНе, когда она плакала, к ней подошла женщина и предложила прописаться у нее.

– Я была так удивлена, она меня не знает, но предлагает помощь. Она знахарка, лечит моих детей, помогает вещами и деньгами, я очень благодарна Жайнагуль.

В 2012 году Айсауле встала в очередь на квартиру.

– Я не понимаю ничего, в одной инстанции говорят одно, в другой – другое. Все листочки, которые мне дают, я приношу домой, складываю, ничего не выкидываю. Мама приезжает, читает мне их, – Айсауле плачет взахлеб, раскладывая на полу не понятные ей документы.

Она говорит, что обратиться в «Диапазон» ей посоветовала прохожая. Она подошла к Айсауле, когда та плакала на скамейке из-за того, что не может купить еду и теплую куртку сыну.

Если вы можете помочь нуждающейся семье, обращайтесь в редакцию по тел. 959-737 к Ирине Ляпкиной.