Засуха реально показала отношение государства к селу. 72% посевов сгорели, помочь крестьянам некому. От обращения к Кариму Масимову мало что изменилось.

Вопросы пролонгации долгов каждое хозяйство должно само решать с банком, Продкорпорацией, «Агрофинансом» и «Агросервисом». Хотя в создавшейся ситуации часть долгов вообще надо списать. Но все упирается в то, что сельское хозяйство приватизировано,  и государство не может выделять ему деньги.  Хочу спросить: а люди, которые живут на селе, они чьи? Если выделять средства селу не позволяет закон, измените его!  И сейчас не поздно объявить ЧС.

Хозяйства находятся на грани разорения, продают скот, но в крупнейшей области нет мясокомбината. Весь скот свозится на базар за городом, где негде поставить машины, нет поилок.  За 200-700 километров скот везут в город, потом обратно, если по дешевке – 350 тенге за кило (!) – не сдадут перекупщикам. В таком же положении после ареста имущества хозяйств окажутся и банки.

Засуха в области продолжается шестой год. С 2004 года в ТОО «Оркаш-А» средняя урожайность  зерновых не превышает  4 ц/га. Мы брали в банках кредиты, закладывали землю, технику, скот, отдать долги нечем.

Засуха постигла и соседнюю Россию, но там принимают экстренные меры. Хозяйствам помогает бюджет, собственными средствами руководство страны и богатые люди. У нас предлагают не сеять. На Актюбинщине хлеб был и должен быть. Ценность нашего хлеба – в высокой клейковине и не надо из-за одного года все ломать.
В критическом положении из-за засухи оказалось животноводство. Скот в зиму входит тощим. Сено не имеет кормовой ценности. Если будет суровая зима, которая бывает после жаркого лета, погибнет большое поголовье скота. Мы и так терпим большие убытки – не можем реализовать свою продукцию. Шерсть тонкорунных овец стоит всего 50-70 тенге за килограмм, шесть грубошерст­ных овец просто сжигается. Мы остались без средств на ГСМ и зап­части.  Зернофураж привезут из других областей. Но на что его купить? К осени скота на рынке будет еще больше.

Все это порождает большие социальные проблемы. Зарплата на селе 14-15 тысяч тенге, но и их не могут выплатить. Поэтому сейчас надо срочно изучать ситуацию на селе, дойти до глубинок. Надо создать конкуренцию перекупщикам и в перспективе открыть мясокомбинаты, восстановить «Казсельхозтехнику». Государство должно помочь крестьянам. Кредиты для сельских предприятий должны быть долгосрочными.   Если сейчас не принять меры, на восстановление сельского хозяйства понадобятся годы. Полагаю, в правительстве не знают реального положения дел. Высокие гости бывают только в передовых хозяйствах и по ним судят о ситуации на местах.

В 95-м году, будучи депутатом Верховного Совета, я была  на приеме у президента и говорила ему о проблемах села. И в 90-х положение на селе было сложным, но тогда хозяйствам списали долги по налогам,  и это было большой поддержкой. И сейчас без государственной поддержки село не выживет.   Хочется, чтобы этот крик души крестьянина услышали на самом верху.