11 лет Нина Валиулина мыла бутылки на ликёроводочном заводе. За два года до пенсии женщину сократили. Руководитель ТОО «Геом», депутат облмаслихата Андрей Гооге считает себя «формально правым».

Нина Валиулина получила уведомление об увольнении за две недели до 56-летия.

 – Вы писали, что за два года до пенсии увольнять нельзя, но законы у нас не работают… Я всегда говорила руководству о проблемах на предприятии. Вот и стала неудобной. За три года до пенсии я обратилась в собес. Мне объяснили, что размер пенсии высчитывают из размера официального заработка за последние три года. У мойщицы бутылок оклад 17 тысяч тенге, но я никогда меньше 40 тысяч не получала. За последние шесть лет у меня на счету в пенсионном фонде набралось только 200 тысяч тенге. Я пошла в бухгалтерию и попросила перечислять взносы из реального заработка. Мне предложили перейти на должность мастера мойки с официальной зарплатой 35 тысяч тенге. Я согласилась. А через полтора года мне выдали уведомление о сокращении. Теперь я безработная. В молодости я была монтажницей, потом 16 лет кондитером. В 90-е годы пришла в «Геом». Тут хоть маленькую зар­плату, но платили. Я надеялась доработать здесь до пенсии, а теперь не у дел.

По словам Нины Валиулиной, условия труда на заводе далеки от идеальных.

– Наш участок отбраковывает стеклотару из поступающих с машинной мойки перед подачей на розлив, – продолжает Нина Валиулина. – Часто поступают грязные бутылки, машина с ними не справляется. Приходится домывать вручную. В отдельные смены таких бутылок бывает до 100%. Зимой у нас холодно, так как постоянно открывают двери. Мы стоим в резиновых сапогах, вода льется прямо в сапоги. Летом невыносимая жара. Мы мочим в холодной воде тряпки и кладем их себе на шею, давление зашкаливает. Тара проходит через экраны, который просматривают две мойщицы, меняющиеся каждые 30 минут. Они следят, чтобы не прошли грязные бутылки и брак.За смену у них перед глазами проходит по 60-80 тысяч бутылок. В случае пропуска хотя бы одной некачественной бутылки работник теряет 50% зарплаты. В случае пропуска второй бутылки предлагают уволиться. У меня артрит, от постоянной работы стоя варикоз. В ТОО «Геом» я оставила здоровье. А теперь никому не нужна.

Нина Валиулина обратилась в департамент по контролю и соцзащиты. Предприятие проверили и пришли к выводу, что «процедуру сокращения провели в соответствии с трудовым законодательством».

10 июня 2010 года горакимат, облсовпроф и объединение работодателей подписали соглашение на 2010-2012 годы. В документе говорится: «Продолжить практику сохранения занятости работников предпенсионного возраста (не более 2 лет до назначения пенсии), не допускать их сокращения или увольнения. В случае расторжения договора по инициативе работодателя с лицами предпенсионного возраста выплачивать работнику компенсацию в размере минимальной зарплаты до достижения им пенсионного возраста». То есть, если Нину Валиулину сократили, в ближайшие два года предприятие должно ей ежемесячно выплачивать около 14 тысяч тенге. По трехстороннему соглашению, «если работодатели в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования документа не представили в горотдел занятости и соцпрограмм письменный отказ присоединиться к нему, то соглашение считается распространенным на них со дня официального опубликования». По сведениям руководителя этого ведомства Найли Буртибаевой, ни одного письменного отказа она не получала.

– Формально мы не нарушали соглашение, – говорит генеральный директор ТОО «Геом» Андрей Гооге и сопоставляет день 56-летия Нины Валиулиной с датой получения уведомления об увольнении. Между ними разница – пара недель. 

По словам Андрея Гооге, Нина Валиулина «очень конфликтный человек», и «от работников завода были обращения с прось­бой оградить их от нее, в том числе письменные».

То есть, если бы Валиулину сократили двумя неделями позже, были бы совсем неправы, а так только фактически. И виной всему неуживчивый характер, который особенно сильно стал проявляться спустя 11 лет. Профсоюзной организации, как и коллективного договора на ликероводочном заводе нет. Облсовпроф объяснил «Д», что не вмешивается в трудовые конфликты на предприятиях без профсоюзных ячеек.

– Институт профсоюза обеспечивает соцзащиту на крупных предприятиях, – говорит первый заместитель председателя облсовпрофа Виктор Пфаненштиль. – Основная часть активного населения работает на малых и средних предприятиях. Именно там работник остается один на один с работодателем. Со стороны государства нужны дополнительные правовые рычаги для соцзащиты работников.

А пока обиженных работодателями отправляют в суд. В областной коллегии адвокатов Нине Валиулиной посоветовали готовить иск самостоятельно или просить прокуроров инициировать судебный процесс в свою защиту. Женщина считает: единственная возможность заработать достойную пенсию – вернуться на ликероводочный завод.

Татьяна ТОКАРЬ