Леонид Кубасов в годы войны. Хирург попал в плен, где спасал жизни многим солдатам. А после войны 8 лет он отсидел в лагерях. || Фото из семейного архива КУБАСОВЫХ 

Удивительную историю актюбинского солдата Жамила Сулейменова «Диапазон» @gazeta_diapazon впервые рассказал в 2012 году, когда в редакцию принесли его фронтовой дневник.

В нём он пишет, как раненый оказался в плену. Жизнь ему спас пленный хирург. Дети солдата уже в наши дни нашли родных военврача. Недавно они прислали в Актобе его фотографии.

Жамил Сулейменов родом из маленького аула Карла Маркса, что недалеко от Эмбы. Его история стала известна благодаря фронтовому дневнику. Исписанный химическим карандашом немецкий блокнот дети нашли уже после смерти отца. Решив переехать в город, они разбирали старые вещи, тогда и нашли в старом портфеле этот блокнот.

18-летний Жамил Сулейменов ушел на войну в 43-м. Попал на Калининский фронт. Через полгода при освобождении Украины оказался в окружении и в плену. Семья получила на него похоронку, а он вернулся живым. Раненому в голову солдату в лагерных условиях провел операцию военврач Леонид Кубасов. Он вытащил осколок, выходил солдата. 

– Отец очень мало рассказывал о войне, – говорил тогда его сын Сейтжан Жамил, который и принес в редакцию дневник отца. – С войны он вернулся инвалидом, но работал. Был табельщиком на железной дороге. Зимой и летом отец ходил в шапке. На голове у него была зашитая рана 8 на 8 сантиметров. Она была похожа на родничок у маленьких детей. Кожа есть, а кости нет. В 55 лет отца не стало. 

Из дневника Жамила Сулейменова:

«16 ноября. Снова бой. В какой-то момент я почувствовал сильный удар в голову. В глазах потемнело, показалось, что я улетаю.

 …Я пришел в сознание. Мне показалось, будто я проснулся после долгого сна. Рука сразу потянулась к голове. Там глубокая рана и кость. Шапка сгорела. 

16 декабря мне сообщили, что будет операция. На операцию взяли 21-го. Положили на стол, промыли рану, лицо накрыли белой тканью. Я молил Аллаха, чтобы все обошлось. Два врача держали меня за руки, два – за ноги. Через время я успокоился. Не мог шевелить ни руками, ни ногами, но слышал и чувствовал, как разрезают на голове кожу, ломают кость, только двинуться не мог. Из головы извлекли осколок, рану зашили. Потом меня перевязали и из операционного барака на носилках отнесли в другой. Парень-узбек, что лежал рядом, вскоре умер. Три дня и три ночи я не спал. Все тело горело, голова раскалывалась, я стал прощаться с жизнью. От меня не отходил врач, проводивший операцию, – Леонид Александрович Кубасов. Высокий, полноватый, приятной внешности. Он был очень внимательным. Этот человек спас мою молодую жизнь. Я никогда его не забуду. 

В лагере Холма я лечился 7 месяцев. После этого меня переправили в Stablag, что в 40 километрах от Кенигсберга. Оттуда я попал в Найдербург, потом в Гогенштейн. 24 ноября мы прибыли в Браунсберг, оттуда – в Данциг [ныне Гданьск, Польша. – Прим. ред.] Там я пробыл в госпитале до марта 45-го. Потом была комиссия в Нойштеттине, меня признали не пригодным к службе. Я еду домой. 26 августа 45-го я сошел с поезда в Эмбе».

Узнав историю отца, Сейтжан Жамил решил непременно найти родных Леонида Кубасова.  

– Ему обязан жизнью не только наш отец, но все мы, его 8 детей, – говорил он.

Обращения в архивы, в «Жди меня» результата не дали. Тогда «Диапазон» связался с зампредседателя Казахской национально-культурной автономии в Москве Асылбеком Толешовым. Он обратился к поисковикам, к делу подключились даже московские детективы, так нашли сына Леонида Кубасова, Владимира.  

– Отец был в плену, потом освобожден. Спасал жизни многим бойцам, – рассказал он.

Леонид Александрович Кубасов и его отец Александр Иванович.

Супруга Владимира Леонидовича сообщила, что семья Кубасовых после войны пережила жуткие испытания. Врача признали английским шпионом, 8 лет он отсидел в лагерях. Освободившись, работал хирургом в Верее, потом много лет возглавлял 24-ю больницу на Петровке. Когда в силу возраста хирургом он работать уже не мог, стал консультировать.

1926 год. Сотрудники больницы. В центре главврач Леонид Кубасов. 22 июня 41-го его призвали на фронт.

Родные сообщили, где похоронен Леонид Кубасов. Жамил Сулейменов съездил в Москву, побывал на его могиле. После публикаций в «Диапазоне» дневником солдата заинтересовался музей на Поклонной горе в Москве. Из дневника выпустили книгу, она сейчас хранится в этом музее. А год назад в школе №7 Эмбы открыли кабинет истории, который назвали в честь Жамила Сулейменова. Там хранятся его портфель, школьный табель, вырезки с материалами из газет об его истории. Вот только фото Леонида Кубасова в музее не было.

Леонид Александрович Кубасов с супругой Софьей Ильиничной Эстриной. 1936 год, Фергана.

Недавно с «Диапазоном» связался муж внучки Кубасова Антон Петров. Он нашел фотографии военврача 20-40-х годов, прислал их в редакцию.

– Эти фото найдут достойное место в кабинете истории школы №7 Эмбы, – сказал Сейтжан Жамил. – Хороший подарок и школе, и нашей семье сделал Антон в канун 9 Мая.

Читайте также 

Актюбинский солдат вёл на фронте дневник 

Сын участника войны из Эмбы нашёл родных военврача, спасшего в плену его отца