На фото: 1984 год, Хайратон. Игорь Радченко (крайний слева) во время отдыха с однополчанами в парке. Сзади на лобовом стекле КамАЗа написано «Актюбинск». Справа крайний актюбинец Владимир Сыныца, в прошлом году его не стало.

Игорь Радченко учился в 15-й школе, окончил лицей, стал вышкомонтажником-сварщиком и в 18-летнем возрасте попал на войну, передает корреспондент «Диапазона» @gazeta_diapazon

Сначала его призвали в армию в Кыргызстан, затем отправили на 2 месяца в Узбекистан, на курсы молодого бойца.

– В Кабуле первое, что бросилось в глаза, это горы и серость вокруг. Я сразу попал в верхний батальон, на протяжении 3 месяцев ходил в караул, после меня перевели в Хайратон, в автомобильный батальон.

Игорь Радченко пробыл в Афгане 2 года в звании сержанта.

– Мы перевозили грузы, я ездил замыкающим колонны, – рассказывает актюбинский афганец. – Помню, когда убили моего друга актюбинца Александра Иванова, его расстреляли на перевале. И сейчас 1 апреля каждого года, уже больше 30 лет в этот день мы ездим к нему на кладбище. В тот роковой день наши солдаты приехали на машинах без шин, на дисках. Вот так едешь, а по тебе стреляют, пули пролетают мимо. Был момент, когда в метре от меня из гранатомета выстрелили, одну сторону тела обожгло. Страшных событий было много. Одного товарища ранили, он упал в кювет и пропал. Мы после ездили его искать, но нашли только пробитую панаму, а в ней части мозга. Его самого так и не удалось отыскать, видимо, душманы унесли куда-то. Еще был момент, когда однополчанину машину подбили. Он на другую машину прыгнул, а она на мину наехала, подорвалась и им всем пятки отбило.

В Кабуле солдаты спали в военных палатках по 20 человек. Зимой сами строили печи, чтобы не замерзнуть, а летом, спасаясь от жары и комаров, мочили в реке Амударье простыни и накрывались ими. Только спустя год солдаты стали жить в сборных домиках.

– Страшно нам было только первые полгода и последние, когда домой очень хотелось. А к остальному мы быстро привыкали. Если видели у местного синяки на плече, это значило, что человек часто стреляет и в любой момент может убить тебя. И таких было много. В свободное время мы ремонтировали машины и бывало, смотрели кино под открытым небом.

В Афгане солдаты болели желтухой, цингой и брюшным тифом, от которого даже умирали.

– Часто мы ездили по горам, там можно было увидеть все времена года, внизу лето, забираешься чуть выше – весна, осень, а на самом верху зима. На колеса мы надевали цепи, чтобы машины не скользили. Помню, когда первый раз поехал туда в рейс, меня сильно занесло и раскрутило, а там деваться некуда, с одной стороны скалы, с другой пропасть. Я уже закрыл глаза и тут услышал удар, меня спас булыжник благодаря которому и остановилось колесо. Были случаи, когда машины слетали в пропасть, но в основном водители успевали выпрыгнуть.

Игорь Радченко вернулся домой зимой 1984 года, работал на 1-м автокомбинате, после 16 лет на АЗС сейчас у него собственное ТОО.