Новостью прошлой недели в Актобе стало оглашение приговора обвиняемым в гибели нашей коллеги, тележурналистки Айзат Абдисамат. Женщина погибла в лифте многоэтажки на глазах маленькой дочери. Подъемный механизм поехал с открытыми дверьми и превратился в адскую машину. Женщину зажало так, что она погибла на месте. Механик за это получил 4 года колонии. Комментаторы на сайте поспешили назвать приговор несправедливым. Конечно, виноватых в произошедшем много. Потому что эксплуатацию лифтов у нас никто не контролирует. До 2014 года контроль, надзор и проверка лифтов входили в функции ДЧС. Но с 2014 года за ним оставили только промышленные лифты. Прежние функции ДЧС частично передали управлениям энергетики облакиматов. Но там занимаются только регистрацией подъемных механизмов. В горжил­инспеции тоже открестились: мол, лифты – долевая собственность жильцов, а значит, и ответственность должны нести они сами. На этом круг замкнулся.

Как бы там ни было, после случившегося в городе устроили тотальную проверку всех лифтов. Из 282 старых лифтов 149 оказались неисправными, 22 – аварийными, некоторые использовали без страховочных элементов, на 113 не было техпаспортов, 18 не прошли техническое освидетельствование. Лифты остановили, КСК стали собирать деньги на экспертизу и ремонт.

Прошло больше полугода. Большинство старых лифтов отремонтировали, жильцов поставили в очередь на их замену, некоторые лифты заменили. Разумеется, за счет самих жильцов. Но примерно 10% лифтов так и остались неотремонтированными. Все упирается в деньги. Люди не могут платить, лифты так и ездят.

« Самые правильные законы – это те, которые работают молча».

– Стас Янковский

Чтобы изменить ситуацию, надо менять закон. Чтобы аварийные лифты запретили эксплуатировать. Чтобы их ремонтом занимались обученные специалисты с лицензиями. Чтобы появились организации, которые контролируют их работу.

А пока... Лифты, созданные для комфорта, остаются зоной риска.