В посёлке Шубаркудук Темирского района 22 июня открыли памятник 5 полицейским, погибшим во время спецоперации в 2011 году. Тогда были убиты 9 преступников, жителей посёлка, которые «под прикрытием религиозных идей занимались кражей нефти», они же убили полицейских.

На гранитном памятнике около РОВД выгравированы имена погибших полицейских. Это сержант полиции Нурлан Алпысбай, старший сержант полиции Айдос Боранбаев, старший лейтенант полиции Руслан Жолдыбаев, майор полиции Айболат Иманбаев и капитан полиции Рустем Кенжалин. Самому младшему из них было 28 лет. У некоторых остались дети. На открытие памятника в Шубаркудуке приехали родственники из Актобе всех пяти полицейских. После возложения цветов и минуты молчания автоматчики произвели три одиночных выстрела в воздух.

Сержант полиции Турарбек Ешпагамбетов также пришел почтить память коллег. Наравне с погибшими он принимал участие в операции по обезвреживанию преступников. Полицейский, получивший тяжелые ранения в голову и позвоночник во время июльских событий прошлого года в Шубарши, совсем недавно вернулся на службу. Турарбек перенес несколько операций и может передвигаться только с помощью палки. Сейчас полицейский работает помощником дежурного штаба в звании сержанта. Несмотря на то что с момента тех событий прошел год, Турарбек продолжает проходить лечение. 

Хроника

10 дней «темирской войны» 2011 года

30 июня в Темирском районе преступники убили сержантов патрульно-постовой службы Нурлана Алпысбая и Айдоса Боранбаева. На их задержание кинули все силы полиции и спецназа.

3 июля в зарослях камыша вблизи Кумсая, в 67 километрах от Шубарши, подозреваемые открыли огонь по спецназовцам. Один из них погиб, троих ранили.

3 июля поступило сообщение, что около дома №18 в Кенкияке мужчина с бородой и две женщины в хиджабах копают яму и ведут себя подозрительно. Полицейские попытались задержать местного жителя, но он с криком «Аллах акбар» кинул в сотрудников пакет и побежал к стоящей неподалеку «БМВ», откуда в сторону сотрудников полиции раздались хлопки, похожие на выстрелы. Сотрудник СОБРа выстрелил в убегающего, мужчину доставили в больницу, он скончался. 

Из выкопанной ямы достали ружье ИЖ-16, брошюру религиозного характера и ичиги (мусульманская обувь), в одной из которых находились 1 миллион 479 тысяч тенге. Там, где стояла «БМВ», полицейские нашли двуствольный обрез 16-го калибра. 

8 июля спецназовцы проводили в Кенкияке подворный обход, искали подозреваемых. В 20.45 из сарая в районе улицы Нефтяной по полицейским открыли огонь. Сотрудник «Сункара» погиб на месте, одного полицейского ранили. Бой продолжался всю ночь. 

9 июля, утром начался штурм. В полдень спецоперация закончилась. В ходе боевых действий 9 скрывавшихся в сарае людей были убиты, 6 из них ранее были объявлены в розыск. Получил дробовое ранение военнослужащий внутренних войск. Через несколько дней еще 4 сообщника были задержаны. По официальным сведениям, вооруженная группировка была сформирована из жителей сел Сарколь, Шубарши и Кенкияк.

В итоге в июле 2011 года в Темирском районе погибли 14 человек: 5 из них – сотрудники полиции, 9 – члены вооружённой группировки. 

— По материалам пресс-службы ДВД и газеты «Диапазон»

Почему в Актобе появился религиозный экстремизм?

Жусуп, 

^{рабочий}:

«Я думаю, что есть силы, которым выгодно увлечение религией. У нас, в Кандыагаше тоже есть верующие. Я сам считаю себя мусульманином, но в мечеть не хожу. В общем, сильно я не увлекаюсь религией. Есть, конечно, истинно верующие, но, думаю, большинство придает больше внимания внешним атрибутам – это неправильно. Для некоторых это просто мода».

Айжан, 

студентка:

«Просто молодежи нечем заняться. Еще среди молодых людей много суеверных людей. Я не могу сказать, религия хорошо это или плохо. Но ношение хиджабов я не одобряю. Для нашей страны это не является нормой – у нас светское государство. Это приемлемо для жителей арабских стран. Там жарко очень, поэтому  и носят закрытую одежду».

Айзат,

юрист:

«Здесь замешаны внешние силы. Психология у молодежи еще неоформившаяся, их легко увлечь, они на все готовы. Из молодежи легче сделать террористов, чем из людей постарше. Я тоже хотел читать намаз, но родители не разрешили. Они сказали: когда станешь постарше, уверенней в себе, тогда и будешь верить». 

Бауыржан, 

сотрудник юстиции:

«Есть люди, которые специально втягивают в религию молодежь. Вот этих хиджабов изначально у казахского народа не было. Это принято у народов арабских стран. Одна из причин, почему молодежь уходит в религию, – это безработица. Вообще, в этом во всем замешаны очень большие силы. Не нужно просто на это закрывать глаза».

Коля, 

строитель:

«Идеологии нет, заняться нечем – все платное кругом. Выгодно кому-то в религию затягивать людей. Если она неправильная, неправильно трактовать, то она таит в себе опасность. Человека легко сбить с толку, особенно нашу молодежь. Знаний у молодых еще нет. Потом могут с помощью религии использовать верующих в качестве орудия преступления».

Серик, 

IT-специалист:

«Нужно больше рабочих мест создавать для молодежи.  Есть истинные верующие, а есть совсем другие. Вы понимаете, о ком я говорю. Если все это не остановить, то в дальнейшем наступят очень нехорошие последствия. Да уже теракты идут. Скрывать не надо – экстремизм у нас есть. Это зависит от акимата, от партии «Нур Отан», от самого президента. Они должны наводить порядок».

Виталий Николаевич, 

пенсионер:

«Раньше были клубы, секции, танцы – молодежи было интересно жить. Сейчас совсем другая система для молодежи. По телевизору пропагандируют насилие.Не верю, что с этим не может справиться государство. У него есть армия, полиция, деньги.  И при  этом не может справиться с какими-то «поганцами». Значит, государство тоже во всем этом замешано?».