Фото: Актюбинская медная компания

250 метров под землёй. За спиной – несколько километров пути по шахтному уклону. Впереди – рабочая смена, которая для кого-то начинается с бурения, для кого-то с проверки насосов, а для кого-то – с контроля воздуха.

Всё начинается с инструктажа

Мы спускаемся в шахту вместе с работниками медно-цинкового рудника «Весенне-Аралчинское», что в Хромтауском районе, чтобы пройти их обычный рабочий маршрут и посмотреть, из чего на самом деле складывается один день под землёй.

Перед спуском – подробный инструктаж. На столе шахтный светильник, самоспасатель и средства связи. Специалист показывает, как пользоваться каждым устройством, и ещё раз напоминает: самоспасатель всегда должен быть при себе, в нём при необходимости есть запас воздуха. Затем всё отрабатываем на практике. Проверяем фонарь, учимся подавать им сигналы, разбираем как правильно дёрнуть чеку самоспасателя с учётом того, правая или левая рука рабочая, чтобы в нужный момент не растеряться.

«В шахте мелочей нет, – подчёркивают шахтёры, – лучше несколько раз переспросить, повторить движение и проверить себя на поверхности».

Лёгкое волнение проходит, когда улыбчивый диспетчер Жаслан Мухтаров показывает монитор, на котором видно всё, что происходит под землёй. Информация о местонахождении работников и их перемещении по шахте автоматизирована благодаря системе безопасности подземного позиционирования. Получается своеобразная связь между двумя мирами: человек находится на глубине, а диспетчер на поверхности видит, где он работает, может с ним связаться и при необходимости оперативно отреагировать. Система работает уже не первый год, поэтому её надёжность проверена ежедневной практикой и опытом безаварийной работы.

На фото Жаслан Мухтаров - Диспетчер

Портал – и начинается другая реальность

Садимся в шахтный автобус. За окнами постепенно исчезает привычный дневной свет. Портал сменяется бетонной выработкой, затем начинается автотранспортный уклон.

«Сейчас будем спускаться на горизонт», - говорит сопровождающий. В шахте слово «горизонт» означает не просто глубину. Это целая система выработок, по которым люди и техника перемещаются к местам работы. Горизонты располагаются один под другим, а вместе с ними формируется сложная сеть транспортных, вентиляционных и рабочих выработок.

По дороге встречаем шахтную технику. Самосвалы перевозят руду и породу, рядом погрузочно-доставочные машины. Их задача – погрузить и доставить горную массу от места отработки. Есть и другая техника – самоходные машины для перевозки материалов и людей. На первый взгляд это просто транспорт, на деле ещё один элемент, без которого подземная работа не сможет идти в привычном ритме.

До горизонта +50 от портала около 2,5 километра. Мы спускаемся примерно на 250 метров. Внутри шахты прохладнее, темнее и непривычно тихо между проходами техники. Свет фар выхватывает из темноты стены, оборудование, таблички. Здесь постоянно приходится смотреть под ноги, по сторонам и следить за движением машин.

У шахты есть свой воздух

Через некоторое время разговор заходит о том, чего мы не видим. О воздухе. На поверхности работает главная вентиляционная установка. Она и подаёт свежий воздух в шахту, а отработанный выводит наружу. Уже под землёй воздушные потоки распределяются по нужным направлениям, куда именно направить воздух, зависит от того, где сейчас работают люди.

«Этим занимаются сотрудники участка пылевентиляции, они спускаются под землю, делают замеры воздуха, регулируют его движение, работают там же, где находятся остальные шахтёры», - рассказывает начальник участка Ислам Ыскак.

Кто работает под землёй?

Когда говоришь «шахтёр», первые специальности, которые приходят в голову– это бурильщик, проходчик. Действительно, без них добыча невозможна. Но чем дальше мы идём, тем очевиднее становится: шахта – это далеко не только забой. В одной смене на участке под землю спускаются десятки людей. На одном из участков – около 30–35 человек. Помимо участка пылевентиляции, ещё есть транспорт, водоотлив и другие службы. Всего больше пятидесяти работников за смену. У каждого своя задача.

К примеру, на глубине 250 метров мы заходим в помещение насосных установок. Здесь встречаем машиниста водоотлива Беркина Абенова. На этом участке он работает с 2018 года. Беседа быстро переходит к оборудованию: насосы, трубы, подшипники, сальники. Здесь нет универсального «мастера на всё». Каждый занимается своей частью. Машинист отвечает за механическую часть, электрическую часть имеет право обслуживать только электрослесарь с соответствующим допуском.

На вопрос, не тяжело ли столько времени проводить под землёй Беркин ага улыбается: «Я с юга, в Туркестане живу. Мне солнца дома хватает. За 15 дней межвахты восполняю». В шахте такие ответы звучат особенно живо. Здесь люди не говорят о своей работе громкими словами. Они просто рассказывают, что делают каждый день.

На фото Беркин Абенов - Машинист водоотлива

Шахту тоже нужно «держать»

Дальше нам рассказывают о креплении и системе разработки месторождения. Даурен Утешев знает шахту изнутри досконально. Раньше он работал горным мастером, сейчас - начальник участка подземных горных работ.

«Камеру отрабатываем, потом закладываем её, и только потом начинаем отработку соседней, - объясняет он. - Это современный и надёжный способ ведения подземных работ».

Если говорить простыми словами, сначала из камеры извлекают руду. Затем пустое пространство заполняют специальной смесью. Для этого на предприятии есть собственный бетонно-закладочный комплекс, смесь готовят здесь же и по скважинам подают в шахту, где она заполняет отработанное пространство.

На словах всё просто. Но за этой последовательностью – точные расчёты, оборудование и работа специалистов. Такая система помогает сохранять устойчивость массива, снижать риски и одновременно защищать поверхность.

Смена заканчивается, шахта остаётся

Двенадцать часов – такова продолжительность смены. Около часа занимает обед, он тоже под землёй, шахтёрам его развозят в специальных тормозках, остальное время – работа. За это время кто-то успевает провести выработку, кто-то вывезти горную массу, кто-то проверить насосы, кто-то провести замеры воздуха или отремонтировать оборудование, на поверхности ламповщицы –выдать и принять самоспасатели, диспетчеры скоординировать процессы и т.д.

Мы поднимаемся наверх. После нескольких часов под землёй дневной свет сначала кажется слишком ярким, воздух другим. И только здесь окончательно понимаешь масштаб пространства, в котором несколько часов назад находились.

Внизу остаются техника, километры выработок, насосы, вентиляционные системы и следующая смена, состоящая из настоящих профессионалов. У шахты нет одной главной профессии. Её безопасность и стабильная работа складываются из десятков специальностей и сотен ежедневных действий, каждое из которых должно быть выполнено точно и вовремя.

На фото Даурен Утешев - Начальник участка подземных работ