Александра сажали в инвалидную коляску, чтобы прибыли было больше. || Фото автора.

46-летнего мужчину из Шымкента заставляли в Актобе попрошайничать на инвалидной коляске. Вызволяли его из рабства актюбинские волонтёры. Свою историю Александр рассказал журналистам.

 Я родом из Туркестана, но переехал в Шымкент. У меня была своя квартира и семья. Но так получилось, что я оказался на улице. В январе в Шымкенте я вышел на улицу попросить на хлеб. Ко мне подошла незнакомая женщина, спросила, где я живу. В то время я жил в центре реабилитации. Она предложила жить у них дома, сказала, что все будет нормально, все заработанные деньги будем делить пополам, покупать необходимые вещи. Я согласился, стал жить у них, и скоро отношение ко мне изменилось, грубить стали, издеваться. Они знали, что я инвалид, у меня больной желудок, позвоночник, но делали свое дело. Жестоко наказывали за то, что мало зарабатывал. Они хотели, чтобы я приносил в день 40-50 тысяч тенге. Но я приносил, сколько мог. Я там сначала был один, но потом приехал брат хозяина, с ним было еще двое, один, кстати, актюбинский. У одного не было рук и ног, а второй только без ног. И вот они пользовались нашими доходами, а нам покупали только спиртное, курить и бич- пакеты. Я спал на полу, на тонкой корпешке, было холодно. Я в день приносил им 25-30 тысяч, бывало и больше. По пятницам выходили к мечети, там мусульмане давали побольше. В пятничные дни доходила прибыль до 50 тысяч и больше, – рассказывает Александр. – Потом мы приехали в дом к отцу человека, у которого я проживал. Вроде все было нормально. Но после того, как они меня побили, я не в состоянии был выходить, передвигался очень медленно. Они не вызывали скорую, не оказывали помощи никакой. Когда пришёл в себя, они предложили поехать в Актобе или в другой город ради прибыли. Я боялся за свою жизнь и здоровье, поэтому не мог отказать им. 

«Меня изолировали от внешнего мира, я не имел возможности попросить кого-нибудь о помощи», – рассказал Александр журналисту. || Фото автора

 В феврале мы приехали в Актобе. Уже на следующий день после приезда в Актобе меня выставили на рынок попрошайничать. Мы выезжали вместе с супругой человека, с которым я проживал. Она тоже ходила с плакатом, просила деньги, находилась недалеко от меня, метрах в 100. Они сажали меня в инвалидную коляску, чтобы прибыли больше было, хотя я могу передвигаться самостоятельно. Мне запрещали разговаривать по телефону, подпускать к себе людей. Меня изолировали от внешнего мира, я не имел возможности попросить кого-нибудь о помощи. А когда вечером приезжали домой, они у меня все деньги забирали. Как-то я воспользовался моментом, когда ко мне подошли молодые волонтеры и предложили купить для меня продукты. Я не растерялся, посмотрел по сторонам и спросил у девочек, есть ли здесь центр реабилитации и вкратце рассказал им свою историю. Они обещали помочь. На следующий день они за мной приехали, меня буквально выкрали. Я сел в машину, загрузили в багажник коляску. 

Александр говорит, что у этой семейной пары он был не один, у их родственников тоже были попрошайки – это мужчины, в основном инвалиды, которые передвигаются на костылях, у кого-то не было рук, у кого-то ног.

 Те, кто заставлял инвалидов попрошайничать, наблюдали за ними, чтобы никуда не звонили, не просили помощи. Ко мне как-то даже полицейский подошёл, я ответил ему, что собираю себе на продукты, жить негде. Потом меня допрашивали, что именно я сказал полицейским, если что-то им не нравилось, жестоко избивали. Меня никто не искал, родители умерли. Я спрашивал у тех, кто меня заставлял попрошайничать, почему вы не работаете, а они ответили, что у них и так есть лёгкие деньги, зачем работать. Они живут за наш счет. В Актобе я провел больше месяца, попрошайничая, потом волонтёры мне помогли перебраться в конспиративную квартиру. Знаете, я сейчас не могу что-то требовать, я человек маленький. Я просто хочу не иметь ничего общего с людьми, которые заставляли меня просить подаяние, хочу, чтобы они меня оставили в покое. Я уже сбегал от них два раза, они ловили, избивали и угрожали, что я либо на тот свет уйду, либо неходячим сделают, если повторится такое. Я слышал, что эти люди сейчас уехали в Шымкент, они на свободе. Тот человек, у которого я жил, говорил, что у него и у всего его семейства есть «жёлтая карточка» [скорее всего, имеется в виду справка об инвалидности. – Ред.], хотя они абсолютно здоровы. Это купленные карточки, и они получают пенсии по инвалидности, – добавляет Александр.

Сейчас судьбой Александра занимается общественный фонд «Дәріс». Они помогают спасать людей из рабства.

 Мы оказываем помощь с 2016 года. Более ста человек уже получили помощь, иногда доходит до суда, иногда дело прекращается за примирениями сторон. В нашей практике были случаи, когда мы освободили трех женщин в Хромтауском районе, там было рабство, трудовая эксплуатация. Преступник получил 5,6 лет лишения свободы. Надеемся, что и в этом случае дело доведем до суда. Сейчас Александр под защитой. Будет реабилитация, трудоустройство, если будет желание. Документы у него на руках есть, – рассказала Гульнур Идигеева [на фото], исполнительный директор общественного фонда «Дәріс». 

– Полиция иногда задает вопрос, почему не обратились за помощью, если был телефон. Разные бывают ситуации, некоторые уязвимы, боятся, что не смогут себя защитить. Мы призываем людей, чтобы подходили и спрашивали, когда видят, что кто–то попрошайничает. Сразу они могут не ответить, возможно, есть слежка. Сейчас мы работаем над разработкой законопроекта о противодействии торговле людьми. В Казахстане пока нет такого закона, хотя в других странах есть. Нужно, чтобы при возбуждении уголовного дела учитывали все детали, даже то, что человек не мог позвонить и попросить о помощи, потому что боялся. Мы работаем совместно с полицией.

Если кто–то нуждается в помощи, в первую очередь, звонить 102. Телефон нашей горячей линии 8705–820–09–33, мы на связи днем и ночью.