n Как встречали Новый год простые актюбинские семьи в 70-х годах прошлого века? Узнать об этом и вспомнить своё детство или молодость можно, прочитав воспоминания Руслана Абубакирова.

– Продолжение. Начало.

Когда на экране появился шумный строгий, трезвый дядька и выгнал пьяного д.Женю на лютый мороз, я был уверен, что до подарков у них дело не дойдет, и все разобиженные разойдутся, но красивая тетя оказалась очень доброй и подарила высокому дяде бритву. С какими-то «плавающими ножами». После этих слов я впал в ступор и, закатив глазенки к потолку, представил лужу, в которой лежит бритва, а вокруг плавают кухонные ножи. Из беспамятства меня вывела очередная песня, которую мне назло на этот раз уже пела красивая тетенька, и я тут же постарался запомнить и ее имя.

И тут я вовремя вспомнил, что на этот Новый год мне подарили электромеханическую игру «За рулем», которую я через пару дней кинулся разбирать на запчасти. Однако на ее характеристиках это действо отразилось пагубно, и папа изрек загадочную фразу, что, мол, «целая десятка улетела лисе под хвост». Я был крайне озадачен, хотя у меня, конечно, были подозрения, что тут кроется какая-то не вполне здоровая тайна, но так как строение хищных млекопитающих семейства псовых во втором классе еще не изучают, то до поры этот секрет был от меня сокрыт. А тогда я позвал брата пойти поиграть, и мы на время облегчили взрослым просмотр кинокартины.

Вернулись мы с братом, когда строгий дядька куда-то делся, а д.Женя и т.Надя открыли шампанское, чтобы встретить Новый год. Это ж какое волшебное действо – празднование Нового года под бой курантов, под стрельбу пробками от шампанского вина, под хлопушки, серпантин, конфетти и свечи, под невнятную речь, не понятного детскому уму, но очень родного Леонида Ильича Брежнева.

И вот опять фужеры в руках д.Жени и т.Нади, прямо такие же как у нас, в точности. Пока все взрослые выходили кто покурить, кто помыть посуду, кто похохотать в подъезде с соседями, среди детей всегда находился активист, который подбивал остальных сливать остатки алкоголя в рюмку, чтобы попробовать как это вообще – братец держался дольше всех, а я дал согласие уже на втором перекуре, так что ближе к глубокой ночи краски стали ярче, голос громче, глаза шире. Благо на фоне общего веселья и перегара нас не раскрыли. Раньше вообще все было как-то добрее: курили на площадках, смеялись, песни пели под гармонь и гитару, а вот курящих тетенек было очень мало. И если вдруг к тебе на Новый год заваливался народ с гармошкой и перегаром, то никаких эксцессов – все было чинно, благородно: извиняйте, ошиблись, товарищи.

Гвоздем программы для меня на тот Новый год была шоколадка «Гулливер», которая вместе с другими сладостями подвешивалась за нитку на веревке поперек комнаты, а детки с завязанными глазами должны были ножницами перерезать нитку и получить приз. Соседями по веревке у «Гулливера» были шоколадные медали в золотистой фольге, леденцы производства Казалинского кирпичного завода, петушки на палочке и еще что-то вкусное. Я, решив, что я самый умный, выцелил маршрут до великана, взял ножницы и, уже представив себя счастливым обладателем заветной шоколадки, подставил было голову под плотный шарф, как вдруг коварная рука раскрутила меня вокруг собственной оси так сильно, что я сначала-то и идти даже не мог. В «Гулливера» я так и не попал; под песню Кола Бельды «Увезу тебя я в тундру» я кое-как выровнялся и, зигзагами выйдя на финишную прямую, срезал таки золотую шоколадку-медаль. Но в итоге нам «Гулливера» все равно на всех деток поделили.

Очередное мое столкновение с фильмом случилось, когда мама сказала папе: «О, смотри, Нариман, проигрыватель как у нас!» В это время дядя Женя уже отрезвел, и тетя Надя решилась с ним потанцевать, а я смотрел на их мебель. Наши-то мебеля совпадали только с той комнатой, где стояла стремянка, куда тетенька ходила переодеваться в начале фильма, в то время как строгий дядька пытался за нею подглядывать.

В общем, картину эту я тогда толком не понял – меня страшно раздражало наличие большого количества песен и стихов, да еще с таким заковыристым смыслом, до которого мне было еще расти и развиваться. И, тем не менее, в душу напрямую, без деформаций, накладываемых мозгом, этот фильм тогда все-таки запал. Одно огорчило, что у них не дошло до просмотра «Мелодий и ритмов зарубежной эстрады». Я так потом почти каждый Новый год ждал до упора, когда после балета телевидения ГДР «Фридрихштадтпаласт», Кати Ковач и Бисера Кирова покажут ВИА АББА, Демиса Руссоса и Далиду. А самое удивительное, что ровно через год, в 4 утра 1 января 1977 г. по ЦТ показали эстрадную программу «Волшебный фонарь» – фильм Е.Гинзбурга со стилизацией под песни «Битлз», мелодии из «Крестного отца», рок-оперу «Иисус Христос – суперзвезда» и др. Это к вопросу о «забитом и закрытом совке».

Чем же так пронял нас этот фильм, что мы смотрим его каждый Новый год? Да просто все в нем такое близкое, родное, неотъемлемое: улицы, машины, дома, подъезды, пейзажи, костюмы, посуда, цвета – не слишком яркие и не слишком блеклые – в самый раз. А музыка Таривердиева! А стихи, смысл которых открывался для нас с каждым годом с новой стороны. Во всем этом и удивительная простота, и в то же время гениальность кинокартины Рязанова.

1 января 1976 года на советские экраны вышла еще одна кинопремьера, в 10:50 весь советский народ увидел 1 серию фильма, который можно смело назвать культовым – музыкальная сказка «Приключения Буратино». Она просто взорвала детский контингент телезрителей и до сих пор смотрится свежо и актуально благодаря гениальной музыке Алексея Рыбникова и великолепной игре мэтров актерского театрального искусства. Но и на этом составители новогодней телепрограммы не успокоились, сразу же после «Буратино» началась трансляция международной встречи по хоккею между «Монреаль Канадиенс» и ЦСКА, это был второй матч суперсерии ЦСКА против клубов НХЛ, который проходил в Монреале. До сих пор многие специалисты считают этот матч лучшим в истории мирового хоккея. Я не припомню больше в жизни, чтобы я так истошно орал; да ладно я, мы не то что всей квартирой, а всей четырехэтажкой, всей улицей 8-го Марта, всем Актюбинском, да просто всем Советским Союзом болели и кричали за наших до хрипоты. Кстати, третью шайбу в ворота канадцев забил, и тем самым сравнял счет, наш земляк, уроженец Усть-Каменогорска Борис Александров. Вот такими были наши новогодние праздники 1975-1976 г.г.

Как-то раз в Астане в середине июля стоял такой холод, что про лето все и забыли. Звонит мне друг и говорит, чтобы я купил шампанского и приезжал. Я приезжаю, захожу с шампанским и вижу такую картину: сидят на диване мой друг со своей подругой, оба нарядные, на столе селедочка под шубой, дымится курица с картошкой, свечи, армянский коньяк, в узкой вазе ветка сосны, с которой свисают полоски дождя, «видак» крутит «Иронию судьбы...», а вся комната наполнена ароматом елового освежителя. «С Новым годом, Рус! – подскакивает из-за стола мой счастливый друг. – С новым счастьем! Мы с Настей придумали, что сегодня Новый год и решили его с тобой встретить!». И мы вместе так его лихо и весело отпраздновали, что как будто это действительно был самый настоящий Новый год.

И я тогда понял: если отбросить тоску о потерях, если не тянуть на себя прошлое, как худое одеяло, если не мучиться от того, чего уже не вернуть, можно поймать то настроение образца 1975-76 г.г. и испытать то же самое счастье, что и тогда, и все это только в наших руках. И никто этого у нас отнять не в состоянии, потому что наше счастье живет внутри нас.

От всей души поздравляю всех жителей г. Актобе и Актюбинской области с новым 2018 годом и желаю всем Гармонии, Любви и Счастья!