Главные новости Актобе, Казахстана и мира

36 просмотров

Солдаты из Актобе не были предателями (ФОТО)

 Год назад в «Д» попали списки 77 актюбинских солдат – узников лагеря смерти «Гросслазарет». Мы разыскали родственников 8 из них. Все эти годы они не переставали ждать хоть какой-то весточки о не вернувшихся с войны родных. 

Год назад в «Д» попали списки 77 актюбинских солдат – узников лагеря смерти «Гросслазарет». Мы разыскали родственников 8 из них. Все эти годы они не переставали ждать хоть какой-то весточки о не вернувшихся с войны родных. В канун 9 Мая «Д» передал им диски с книгой об истории «Гросслазарета», присланной из Славуты, и фильмом о том, как сегодня в Украине чтят память о погибших.  

Через 70 лет после смерти

Напомним, списки узников в прошлом году привез в Казахстан и передал в СМИ зампредседателя союза инвалидов и ветеранов войны в Афганистане генерал-майор Марат Марденов. Многие годы он занимается поисковой работой. Списки составили в музее Киева по 3 журналам, которые нашли в стене одного из блоков «Гросслазарета». В них имена узников, место призыва, дата рождения, номер блока и дата смерти. Из 19053 советских солдат 693 были      из Казахстана, 77 – из нашей области. Вот имена военнопленных, родственников которых нашел «Д»:


Трофим Муращенко, 1897 г.р.

Абидула Унбаев, 1923 г.р.

Иван Зубков, 1922 г.р.

Сергей Погребной, 1900 г.р.

Газиз Аталиков, 1921 г.р.

Алексей Зимин, 1907 г.р.

Григорий Поляков, 1922 г.р.

Василий Сотников, 1918 г.р.

Данные родных газета передала в музей Киева. Оттуда им прислали копии страниц найденного журнала с именами погибших родственников. Завязалась переписка.

– Мы отослали в Киев фотографии отца, – рассказывает Борис Погребной. – Я очень благодарен работникам музея. Теперь доказано, что мой отец не предатель. Извещение о том, что он пропал без вести, пришло в 43-м. Трудно нам было. Из 10 детей осталось четверо. Мать бралась за любую работу, чтобы нас прокормить. За всю жизнь она ни разу женской рубахи не надела – только фуфайки да кирзовые сапоги. Старшая сестра после войны работала в паспортном столе. Куда она только ни писала, чтобы узнать хоть что-то об отце, ответов не было.  И только в прошлом году мы узнали, что он погиб в «Гросслазарете».  Я после этого ходил в военкомат, говорю: «Исправьте, отец погибший, а не пропавший без вести». Мне ответили: «Мы этим не занимаемся». А кто теперь займется тем, чтобы германская сторона возместила нам ущерб? Читать невозможно, какие мучения пережили узники, и как над ними издевались. Я очень хотел побывать на месте гибели отца, отдать последнюю дань. Н     о откуда у меня, пенсионера, такие деньги? 

62-летняя Базар Унбаева в списке узников «Гросслазарета» нашла отца брата Абидулу. Семья их жила близ Маржанбулака. В 41-м на фронт ушли оба брата, домой вернулся только Аби. Его не стало в 90-м.

– Отец рассказывал, что дядя Абидула пропал без вести, – говорит Базар апай. – Бабушке назначили пособия, но она от них отказалась. Сказала, что не ради денег отправляла сына на фронт. Отец считал, что дядя попал в плен и, возможно, живет где-то за границей. А он, оказывается, в лагере  погиб. Абидула ушел на фронт в 18, семью создать не успел, детей не было. Я когда в «Д» нашла его в списке погибших, сделала садака, имам прочитал Коран. Потом из музея в Киеве пришло письмо. Нам тоже копию страницы журнала с именем дяди прислали. Конечно, хотелось бы побывать на братской могиле в Славуте, но у меня пенсия 28 тысяч тенге. Куда я на них поеду?

В городском совете ветеранов из 8 узников «Гросс­лазарета» в Книге Памяти, выпущенной по данным архивов еще в 70-х, нашли четверых. Сергей Погребной, Иван Зубков и Трофим Муращенко значились погибшими в Каменец-Подольской области (там и находился лагерь), а Газиз Аталиков – пропавшим без вести. Об Абидуле Унбаеве, Алексее Зимине, Григории Полякове и Василии Сотникове сведений никаких. 

– Я не знаю, откуда данные об отце в Книге Памяти. Мы о нем ничего не знали, – говорит Борис Погребной. – Брат у меня многие годы служил в милиции. Он, только умирая, сказал, что отец был в плену. Откуда-то он это знал, но скрывал. Все было засекречено. 


Списки из 44-го года

Вот что рассказал «Д» директор музея в Славуте Станислав Ковальчук:

– Журналы со списком погибших нашли в стене казармы не в 90-х, а в 44-м году. В том же году их передали в Киев. Списки по заданию минобороны СССР переписали и отправили в Подольский архив. К сожалению, минобороны в течение 60 лет не предавало эти списки гласности. «Гросслазарет» действовал в Славуте с сентября 1941 по январь 1944 года. Это был лагерь для военнопленных рядового и сержантского состава Советской Армии. Сюда доставляли поездами и этапами раненых и больных военнопленных. В лагере погибло около 150 тысяч человек. Известны имена около 20 тысяч. Рядом с лагерем было кладбище, на котором их хоронили. В 1944 году Госкомиссия по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков обнаружила в Славуте 640 братских могил. Раскопки 6 могил показали, что в каждой лежали 20-50 останков погибших. Сейчас кладбище «Поле Памяти» облагородили, в центре насыпан курган, на нем установлен памятник.  

Каждый год в Славуту приезжают родственники погибших. В прошлом году была группа из Астаны. Люди привозят с собой землю из родных мест, высыпают на курган и берут с собой землю с кладбища, чтобы высыпать на родине. 

Построенные в 1933-1935 годах казармы для военнослужащих, где немцы разместили «Гросслазарет», стоят и поныне. До 2000 г. там была войсковая часть. Сейчас ее расформировали, казармы продали предпринимателям, они планируют перестроить их под жилье. 

В музее Славуты хранятся фото узников, их личные вещи, найденные во время перезахоронений. В 2010 г. музей выпустил книгу «Возрождение памяти». В ней собрана история лагеря смерти. 

Вот некоторые отрывки из нее.


Как лечили пленных

…Лагерь делился на две зоны. Блок №1 называли «блоком смерти». Во второй зоне было 4 блока. В одном из них находились женщины – врачи, фельдшеры, медсестры, попавшие в плен вместе с ранеными бойцами. Пленных доставляли грузовыми вагонами с Северного Кавказа, из-под Сталинграда, Воронежа, Курска, Харькова, Севастополя, Одессы и Керчи, гнали этапом из-под Житомира, Киева, Полтавы и других городов.

…Обувь прибывших в лагерь пленных менялась на деревянные колодки для того, чтобы заключенные не могли бежать. Эту обувь называли шлорами. Их доставляли вагонами, они валялись повсюду. 

На многих красноармейцах одежда была окровавленной. В этой одежде они и находились в лагере. Многие больные лежали на нарах рядом с земляками, и если сосед умирал, брали его одежду. 

...В «Гросслазарете» существовал небольшой по численности немецкий медперсонал, главврачом лагеря был доктор Борбе. Медицинское обслуживание лагеря осуществляли пленные советские врачи и санитары. Медикаменты им не выдавали. Кроме марганцовки, кислого калия и риванола, ограниченного количества бумажных бинтов, у врачей ничего не было. Многие раненые и больные от истощения не поднимались.

…Пленным выдавали картофельный суп. Картофель не чистили, а часто и не мыли, и суп был похож на грязную жидкость. От него появилась парахолера. Человек заболевал мгновенно и истекал кровью. Эта болезнь унесла тысячи людей. Летом 1943 года ровно месяц ни в баланду, ни в хлеб не добавлялось соли. Смертность увеличилась в несколько раз. 

…Зимой 1943 года блоки закрывались в 15-16 часов, а открывались в 10 утра. В случае выхода из помещения после отбоя пленник мог быть застрелен или затравлен собаками. С наступлением холодов окна палат забивались досками, в блоках стоял невыносимый смрад от гнойных ран и немытых тел. Блоки не отапливались. Большие мучения пленным наносил мороз. Лежать раздетым в неотапливаемом каменном помещении с разбитыми окнами – настоящее испытание. Зима 1942-1943 годов была крайне холодной, однако никаких подстилок на нары не выдавали. Люди жались друг к другу и так согревались, мертвые лежали среди больных до самого утра. 

На работу в Германию

…Выздоровевших пленных отправляли на работы в Германию. Узники, чтобы остаться в лагере, за пайку хлеба просили пройти за себя комиссию больных с диагнозом, по которому они считались не пригодными для отправки. В марте 1942 года немцы отправили в Германию около 2000 пленных «Гросслазарета». 

Узников использовали на тяжелых физических работах за пределами лагеря – на заготовке леса, обслуживании пилорам, разборке разрушенных в городе зданий. Действовали специальные команды копателей могил, которых называли «капутчиками». 

Из женихов в партизаны

С появлением лагеря в Славуте местные жители, преимущественно женщины и девушки, подходили к ограде лагеря, передавали продукты, искали родственников. Была возможность за еду и другие вещи «выкупать» пленных. Были случаи, когда из-за ограждения местные женщины и девушки знакомились с пленными, а через время, принеся дар охраннику, забирали их домой под видом родственника или супруга. Так, девушка из с. Баранье Зинчук Мария «выкупила» россиянина, жителя Новосибирской области Иванова Алексея. Он назвал себя украинской фамилией Терещенко. За 2 десятка яиц полицейский отпустил пленника. Вскоре Иванов создал в Бараньем подпольную организацию. Иванов героически погиб в апреле 1944, посмертно удостоен звания Героя Советского Союза. 

Жительница села Берездов Князькова Груния за украшения забрала из лагеря пленного медработника Прунцева Матвея. Позже он ушел в партизанский отряд. Когда Красная Армия освободила Славуту, был мобилизован в армию и вместе с ней дошел до Берлина.


Побеги

В «Гросслазарете» случались побеги. Беглецы из лагерей Славуты и Шепетовки составляли костяк партизанского соединения, которое насчитывало более 4000 бойцов. 

В начале 1943-го совершили побег несколько групп по 7-10 человек. Их возглавляли врачи. 

В апреле 1943 года подпольщики решают организовать побег через подкоп. Бывший горняк Полетаев был назначен руководителем подземных работ. Работы по прокладке тоннеля из подвала 2-го блока начали в мае 1943-го. У «метростроевцев» были 4 малые саперные лопаты, 2 лома, 2 саперных топора, изготовленных из коек. Работали они в 2-3 смены. В группе было 20 человек. Тоннель рыли и ночами. Чтобы не было слышно грохота, врач Лопухин организовал самодеятельный оркестр, который бы в нужное время проводил репетиции в зоне строительства «метро».  Побег был назначен на 23 ноября 1943 года. По плану после выхода из подкопа пленные должны были по-пластунски переползти дорогу и бежать в лес. Но один из пленных наделал шума. Часовой выстрелил. Сумели бежать только 15 человек. 

Через три дня после этого на плац лагеря приземлился небольшой самолет, на котором прибыла специальная комиссия. Немецкие офицеры снимали подкоп на кино- и фотопленку, называя его «Гроссметрополитеном». Подкоп засыпали.» 


242 немецких концлагеря действовало на оккупированной территории Украины. В Каменец-Подольской (ныне Хмельницкой) области было 9 лагерей.  


«Д» благодарит за помощь в переводе книги преподавателя воскресной школы украинского центра Татьяну Нечитайло.


Автор — Альмира АЛИШБАЕВА

Новости по теме

Комментарии 0

Комментарии модерируются. Будьте вежливы.